30.07.2021

Как определить болезнь: Как определить болезнь по состоянию лица

Содержание

Как определить болезнь по состоянию лица

Сегодня мы научимся распознавать заболевание по лицу несчастного пациента. В некоторых случаях это работает.

Наипервейшим недугом, который можно и нужно уметь определять по внешним признакам, является инсульт. Выраженная асимметрия лица, невозможность улыбнуться, проблемная речь – это явные симптомы инсульта. Если вы заметили их у другого человека, немедленно вызывайте скорую.

Избыточная потливость и регулярно появляющиеся на лице пятна могут говорить о проблемах с гормонами.

Тёмные круги и припухлости под глазами в сочетании с насморком – явный признак того, что пациент испытывает аллергическую реакцию.

Трещинки на коже могут указывать на обезвоживание организма. Также это может быть сигналом о недостатке витаминов и других полезных веществ.

Выраженно бледная кожа лица нередко сопутствует пониженному кровяному давлению. В этом случае пациент страдает от головокружения, усталости, обезвоживания и депрессии.

С проблемами кровообращения связаны и изменения цвета век и губ. Так может проявлять себя анемия.

Наши клиники в Санкт-Петербурге

Малая Балканская, д. 23 (м. Купчино)

Часы работы:

Ежедневно
с 9.00 до 22.00

Дунайский проспект, д. 47 (м. Дунайская)

Часы работы:

Ежедневно
с 9.00 до 22.00

Проспект Ударников, д. 19 корп. 1 (м. Ладожская)

Часы работы:

Ежедневно
с 9.00 до 22.00

Выборгское ш., д. 17 корп. 1 (м. Пр-т Просвещения)

Часы работы:

Ежедневно
с 9.00 до 22.00

Маршала Захарова, д. 20 (м. Ленинский пр-т)

Часы работы:

Ежедневно
с 9.00 до 22.00

Синий цвет губ вкупе с насморком и затруднённым дыханием – явные признаки гипоксии. Недостаток кислорода также сопровождается нарушением координации.

Легендарную волчанку можно вычислить по чрезмерному покраснению носа и век.

Будьте внимательны к себе и друг к другу. При первых признаках заболевания обращайтесь к врачу.

Как распознать болезнь - справочник по симптомам заболеваний и их лабораторной диагностике

Диагностика заболеваний на ранней стадии

На данной странице мы будем публиковать статьи, в которых будет рассказано

как определить заболевания по внешним и клиническим признакам, а так же о том, какие анализы помогут объективно подтвердить или опровергнуть наличие заболевания на самых ранних стадиях ее развития.

Болезнь – это сигнал о том, что нарушена нормальная жизнедеятельность организма. Заболевание возникает как ответная реакция на патологические процессы, которые уже образовались в органах и системах под действием патогенных факторов.  Деструктивные изменения затрагивают не только физическое здоровье, но и негативно отражаются на работоспособности человека, его моральном и психологическом состоянии, а также подрывают его социальную активность с окружающими людьми.

Выделяют несколько стадий, через которые проходит любое заболевание:
  • Латентная или скрытая стадия – от момента контакта с патогенным фактором до клинического проявления первых признаков и симптомов. В инфекционных болезнях этот период называется инкубационным.
  • Продромальный период – от первых признаков до полного развития симптомов болезни.
  • Непосредственно стадия болезни - полное развитие характерных для данного заболевания клинических признаков.
  • Исход болезни – полное или неполное выздоровление, рецидив, хроническая форма.

Для того чтобы определить причину развития любого заболевания, понять сущность и этап его формирования, важно правильно установить медицинский диагноз, знание которого поможет назначить компетентное лечение и предотвратить рецидив в будущем.

В данном разделе собраны заболевания и патологии, которые могут наблюдаться у человека. Для удобства они разделены на категории, относящиеся к различным органам и состояниям организма.

Врачи рассказали, как определить болезни по языку

https://ria.ru/20200705/1573914761.html

Врачи рассказали, как определить болезни по языку

Врачи рассказали, как определить болезни по языку - РИА Новости, 05.07.2020

Врачи рассказали, как определить болезни по языку

Австралийские стоматологи рассказали, как определить возможное наличие болезней по состоянию языка, пишет Daily Mail. РИА Новости, 05.07.2020

2020-07-05T14:36

2020-07-05T14:36

2020-07-05T17:12

открытия - риа наука

в мире

/html/head/meta[@name='og:title']/@content

/html/head/meta[@name='og:description']/@content

https://cdn21.img.ria.ru/images/105586/47/1055864720_0:60:2000:1185_1920x0_80_0_0_69c38a77c42cc76b11c1276874b37f22.jpg

МОСКВА, 5 июл — РИА Новости. Австралийские стоматологи рассказали, как определить возможное наличие болезней по состоянию языка, пишет Daily Mail.Врачи заметили, что у курильщиков и любителей спиртного на языке часто появляется белый налет. Такое явление также может быть следствием плохой гигиены полости рта, однако обычно его можно устранить самостоятельно. Если же налет держится на языке до двух недель, дантисты советуют обратиться к врачу. В таком случае следы могут указывать на поражение грибком или лейкоплакию, когда страдают слизистые оболочки ротовой полости.Когда язык пациента краснеет и рецепторы на нем становятся ярче, врач может заподозрить аллергическую реакцию или дефицит фолиевой кислоты в организме. При этом может воспалиться горло, но тогда следует обратиться к лору или терапевту: возможно, это фарингит или скарлатина.В свою очередь, бугорки на языке иногда возникают от острой пищи, а могут указывать на наличие герпеса.Дантисты также порекомендовали обращаться к врачам, если язык набухает или отдельные его зоны потеряли чувствительность.

https://ria.ru/20200627/1573544494.html

https://rsport.ria.ru/20200608/1572623979.html

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2020

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdn22.img.ria.ru/images/105586/47/1055864720_175:0:1952:1333_1920x0_80_0_0_6a26f32bae3a958f0928c2eb147532cc.jpg

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

открытия - риа наука, в мире

МОСКВА, 5 июл — РИА Новости. Австралийские стоматологи рассказали, как определить возможное наличие болезней по состоянию языка, пишет Daily Mail.

Врачи заметили, что у курильщиков и любителей спиртного на языке часто появляется белый налет. Такое явление также может быть следствием плохой гигиены полости рта, однако обычно его можно устранить самостоятельно.

27 июня 2020, 02:01

Стоматолог рассказал, как часто надо ходить на осмотр

Если же налет держится на языке до двух недель, дантисты советуют обратиться к врачу. В таком случае следы могут указывать на поражение грибком или лейкоплакию, когда страдают слизистые оболочки ротовой полости.

Когда язык пациента краснеет и рецепторы на нем становятся ярче, врач может заподозрить аллергическую реакцию или дефицит фолиевой кислоты в организме. При этом может воспалиться горло, но тогда следует обратиться к лору или терапевту: возможно, это фарингит или скарлатина.

В свою очередь, бугорки на языке иногда возникают от острой пищи, а могут указывать на наличие герпеса.

Дантисты также порекомендовали обращаться к врачам, если язык набухает или отдельные его зоны потеряли чувствительность.

8 июня 2020, 13:05ЗОЖСтоматолог перечислил самые полезные для зубов и десен продукты

Как по лицу определить болезнь

Сердечный приступ

Небольшие желтые бугорки вокруг глаз могут сигнализировать о повышенном уровне холестерина, который в свою очередь может привести к сердечному приступу или заболеваниям сердечно-сосудистой системы. Не теряйте время, сделайте ЭКГ и покажитесь кардиологу!

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Инсульт

Не бывает идеально симметричных лиц — разве что на картинах художников. Но все же в большинстве случаев асимметрия не бросается в глаза. А вот если вдруг вы заметили, что у вас самих или у кого-то из близких лицо стало менее симметричным, если одна его половина кажется застывшей или просто с более тусклой мимикой — срочно обращайтесь к врачу. Это может быть признаком заболевания нервной системы и даже инсульта.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Болезни эндокринной системы

«Лишние» волоски на лице — это не только повод обратиться к косметологу или специалисту по депиляции. Чаще всего волосы на лице у женщин начинают расти интенсивно при нарушенном гормональном балансе — чаще всего гирсутизме или синдроме поликистозных яичников. Проконсультируйтесь с эндокринологом — скорее всего, это будет эффективнее и полезнее.

Диабет

Об этом серьезном заболевании может предупредить сеточка мелких морщин, неожиданно появившаяся на лице. Также внезапно обнаруженные морщины могут быть симптомом еще одного заболевания эндокринной системы — гипотиреоза, недостаточного уровня гормонов щитовидной железы. Обратитесь к эндокринологу и проверьте уровень сахара в крови — на всякий случай.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Анемия

«Аристократическая» бледность — может быть, это и красиво, но все же стоит обратиться к врачу и проверить уровень гемоглобина, если ваш привычный цвет лица становится все ближе к белому. Это может быть признаком анемии — наряду с постоянным чувством усталости, слабостью и повышенной утомляемостью.

Апноэ

Очень серьезное заболевание, при котором человек во сне перестает дышать — на срок от 10 секунд и более. Сопутствующие признаки — сильный храп, чувство усталости по утрам, головные боли. А еще — необычный, как бы «скошенный» подбородок, уменьшившийся размер шеи и челюсти. Если заметили что-то подобное у себя или своих близких, обратитесь к врачу, апноэ — это смертельно опасная болезнь!

Аутоиммунные заболевания

О них может сигнализировать сыпь красного цвета, появляющаяся на лице. Так, если сыпь плотная и зудит, это может свидетельствовать о целиакии, заболевании, при котором организм плохо усваивает глютен. А вот красная сыпь в форме бабочки, появившаяся на щеках, может предупреждать о волчанке.

Создано приложение, определяющее болезнь по фото. Среди его поклонников — глава Apple Тим Кук

Credit: iStock

В ходе последней телеконференции с журналистами и инвесторами глава Apple Тим Кук рассказал о медицинском приложении VisualDx. О том, почему именно это приложение на искусственном интеллекте оказалось в поле зрения корпорации, рассказывает Business Insider.


Apple давно планирует выйти на рынок медицинских продуктов и товаров для здоровья. Несмотря на то, что VisualDx доступно потребителям в магазине приложений Apple, оно не предназначено для широкой публики. Приложение нацелено на дипломированных врачей, которые смогут использовать его для диагностики различных заболеваний, в том числе определять болезни по состоянию кожи.

Осенью этого года в приложение добавили возможность использовать камеру iPhone и технологию машинного обучения для определения состояния кожи или сужения списка возможных диагнозов. Решение позволяет определять заболевания по фотографии. Так, VisualDx способен предоставить список условий, которые приводят к возникновению сыпи.

Credit: VisualDX

В будущем некоторые из подобных технологий станут доступны широкому потребителю: пользователи подобных приложений смогут сфотографировать свое тело и, после ответа на серию вопросов, узнать, требует ли проблема медицинского вмешательства или же речь идет об обыкновенной сыпи, рассказал изданию генеральный директор VisualDx Арт Папье. По его словам, компания уже разрабатывает новую версию инструмента Aysa для обычных воспалений кожи.


Арт Папье

глава VisualDx

«Потребители не хотят играть во врачей. Но если ситуация происходит в субботу, то им нужно знать, требуется ли им ехать в пункт медицинской помощи с ребенком или же это может подождать до понедельника, когда они смогут увидеть своего педиатра».

Папье объясняет, что приложение не решает задачу постановки диагноза, речь идет об обучении системы и сортировке. А в ближайшие несколько лет VisualDx не планирует сообщать клиентам, что с ними всё в полном порядке и им не нужно идти к врачу.

Причина по которой Тим Кук упомянул VisualDx — библиотека CoreML от Apple, которая позволяет запускать алгоритмы машинного обучения на мобильном телефоне и не загружать фотографии на сервер для обработки. Основные клиенты VisualDx — больницы, которые против того, чтобы врачи отправляли фотографии пациентов третьим лицам.


Арт Папье

глава VisualDx

«Когда Apple объявила о запуске CoreML в июне, мы поняли, что компания позволила перенести модели на iPhone. Теперь изображение анализируется на телефоне, а картинка никогда не доходит до облака. Мы никогда его не видим».

Программа от VisualDx способна анализировать изображения за одну секунду. Разработчики обучали модели на изображениях из медицинской практики: пользователи сети не могут загрузить изображение на сервер компании и добавить к нему любое понравившееся описание. Компания работает с несколькими университетами и отдельными врачами. В базе данных для обучения VisualDx — библиотека с 32 тысячами фотографий.

Credit: VisualDX

Приложение VisualDx позволяет врачам подтверждать диагнозы, Пользователи могут искать заболевания по различным симптомам с учетом информации о пациенте. Доступ ко всем базам данных компании составляет $499, однако подписку на приложение обычно оформляет медицинское учреждение. Врачи могут добавить дополнительные симптомы в ходе анализа, а также просмотреть информацию о различных заболеваниях.

Credit: VisualDX

В октябре стало известно, что венчурный фонд Gagarin Capital вложился в два проекта из Y Combinator, один из которых занимается дерматологической диагностикой на мобильном телефоне с помощью искусственного интеллекта.


Подписывайтесь на наш канал в Telegram!

Как обнаружить болезнь по внешнему виду — Российская газета

Некоторые болезни видны с первого взгляда. И, чтобы заметить их, не надо быть экстрасенсом.

Дело в том, что практически каждое заболевание оставляет свой характерный след на лице человека. В свое время известный врач Н.И. Пирогов даже составил атлас "Лицо больного". Приведем основные признаки болезней, отражающихся на нашей внешности.

Болезнь налицо

Цвет лица может многое поведать о состоянии здоровья. Желтоватый оттенок кожи бывает при болезнях печени, сероватый - сердца. Землистый цвет лица, "опущенное" лицо - признак развития опухолевого заболевания. Синеватая бледность лица - симптом анемии или легочной патологии. А восковой оттенок - признак туберкулеза. Высыпания на висках - вероятны проблемы с желчным пузырем. Раздражение на кончике подбородка - сбой дает щитовидная железа.

Банальные прыщи - это вообще настоящая "карта" болезней. Появление их на лбу может свидетельствовать о проблемах тонкого кишечника, на верхней губе и щеках - толстого кишечника, если высыпало на висках - проверьте желчный пузырь, проблемная зона на подбородке - повод обратиться к гинекологу.

А вот еще о чем может поведать лицо:

Преждевременная дряблость кожи случается при болезнях обмена веществ и желудочно-кишечного тракта. Выраженные носогубные морщины - страдает толстый кишечник.

Глубокая "скорбная" складка между бровями (особенно в сочетании с крепко сжатыми губами) говорит о том, что человек длительно страдает от какого-то хронического болевого синдрома. Мелкие морщинки между бровями, особенно в сочетании с темными кругами под глазами - перегружена печень. Общая одутловатость лица выдает больное сердце. Одутловатость над скулами - шалят лимфатическая система и желудочно-кишечный тракт.

Смотреть в глаза!

Глаза - не только зеркало души, но и наших болезней. Красные прожилки в склерах - сигнал нервного истощения, хронической усталости. А желтизна склер говорит о больной печени. Если участок вокруг глаз имеет бледно-розовую окраску, возможны заболевания мочевого пузыря, предстательной железы.

Блестящие глаза слегка навыкате - признак заболеваний щитовидной железы, в том числе и проявление базедовой болезни. Маленькая радужная оболочка указывает на слабость суставов. Белый круг вокруг радужки говорит об избытке солей в организме, если это кольцо выдается сильно, это указывает на хрупкость и перерождение суставов, артриты. Коричневато-темные точки на радужной оболочке указывают на то, что кишечник плохо усваивает железо.

Вот еще верные приметы:

Мешки, темные круги под глазами могут означать больные почки или мочевой пузырь.

Пигментация нижнего века может свидетельствовать о возникновении внутреннего геморроя. Набрякшие верхние веки бывают одним из внешних симптомов склероза сосудов головного мозга. А припухлые нижние веки указывают на нарушения в работе почек.

Выпадение ресниц сигналит об общем снижении иммунитета и нехватке витаминов группы В. Также это возможный симптом недостаточной функции половых желез.

Слезоточивость, частое беспричинное появление слез на глазах указывают на воспалительные заболеваниях век, гайморит, а также, возможно, на глубокий невроз, патологию селезенки.

О чем рассказывает язык

Многие болезни оставляют свой след на языке:

Искривление складки у кончика языка нередко сопровождает шейный остеохондроз.

Изгиб складки в середине языка может возникнуть при поясничном остеохондрозе, им обычно страдают профессиональные водители и люди, проводящие много времени за рулем.

Покраснение кончика языка - признак сердечной недостаточности, начинающейся ишемической болезни. Изменения кончика языка происходят также при болезнях сердца и легких.

Трещинки на языке могут появляться при болезнях крови, эндокринной системы, патологии почек.

Желтизна на языке и небе свидетельствует о болезнях печени, хроническом холецистите.

Налет у основания - симптом нарушения в работе желудочно-кишечного тракта и почек.

Отпечатки зубов на языке остаются в случаях диcбактериоза, зашлаковки организма.

Диагноз на носу

Прожилки кровеносных сосудов на носу появляются при заболеваниях сердца, а также при повышенном артериальном давлении.

Сине-красная окраска носа зачастую свидетельствует о низком артериальном давлении. Периодическая или постоянная краснота носа может предупреждать также о хроническом заболевании желудка.

Если вокруг носа появилась сеточка кровеносных сосудов, возможно ухудшение кровообращения и воспаление вен.

Утолщение или побледнение крыльев носа характеризует заболевания легких.

Белый кончик носа сигнализирует о нарушении кровообращения или о язвенной болезни.

Утолщение кончика носа - повод проверить желудок.

Иди и смотри

Даже изменения в походке могут выдать болезнь. Запомните пять признаков:

1 Плечи подаются вперед, как бы защищая грудную клетку и живот, голова немного втянута, руки часто сцеплены в замок на животе - признак заболеваний желудочно-кишечного тракта (хронического гастрита, язвы желудка, двенадцатиперстной кишки).

2 Человек идет, как на протезах, стараясь не сгибать ноги в коленях, делает мелкие шажки - проблемы с суставами: артроз, артрит.

3 При ходьбе обычно с особой осторожностью держат голову, поворачивают не шею, а весь корпус люди, страдающие шейным остеохондрозом. В сочетании с общей бледностью это могут быть симптомы мигрени.

4 Неуверенная походка, как бы постоянный поиск опоры, свойственна тем, кто страдает вегетососудистой дистонией, головокружениями при проблемах с давлением.

5 Подрагивающая походка, как будто человек ступает по горячим углям, - признак подагры или полиартрита.

Обратите внимание

Если по одному или нескольким перечисленным признакам вы пришли к выводу о наличии болезни, не торопитесь сразу приступать к лечению. Посоветуйтесь с врачом. Потому что некоторые внешние изменения могут происходить с нами и при отсутствии всяких недугов.

Первые признаки болезни Альцгеймера

Дата публикации: .

Болезнь Альцгеймера является наиболее распространенным типом старческого слабоумия, от нее страдают миллионы людей. К сожалению, это еще и заболевание, с которым наиболее трудно справиться. Симптомы обычно проявляются после шестидесяти лет. Часть из них могут казаться обычными проблемами, связанными с возрастом, но потом становится понятно, что это признак более серьезной ситуации.

Вот часть сигналов, которые никогда не стоит игнорировать.

Вы забываете важные даты и события. Некоторые вещи забывать вполне естественно – мало кто помнит, что было на ужин в прошлый вторник. Если же человек начинает постоянно забывать о важных датах и событиях, это может говорить о развитии заболевания.

Вы теряете интерес к некоторым вещам. Одной из распространенных перемен в личности людей с Альцгеймером является то, что они теряют интерес к тому, что прежде им нравилось – или вообще ко всему. По данным исследований, потеря интереса является одним из наиболее часто игнорируемых симптомов.

Вы оставляете вещи в необычных местах. Все порой забывают ключи, если вы сильно устали, вы можете случайно положить молоко в шкаф. У людей с Альцгеймером проблема обретает иной масштаб – человек начинает постоянно оставлять вещи в странных местах и его поведение практически невозможно объяснить. Чего не делают высоко аутентичные люди

Вы чувствуете спутанность сознания. Все время от времени могут в чем-то запутаться, но при болезни Альцгеймера ощущение растерянности появляется куда чаще. Человек может не понимать, кто он такой, терять ощущение времени или путать даты.

У вас резкие перепады настроения. У всех бывают свои взлеты и падения, но есть признак болезни, который нельзя игнорировать – переход от счастья к слезам, а потом к агрессии за рекордно короткое время.

Вы забываете названия повседневных предметов. Случалось ли вам путаться в словах и чувствовать неспособность подобрать название знакомому, повседневному предмету? Представьте, каково переживать такое постоянно! По данным специалистов, люди с болезнью Альцгеймера часто не способны вспомнить, как называется тот или иной простой предмет вроде тостера или расчески.

Вам нужны постоянные напоминания. Если ваша память неплохо работает, вы можете запомнить некоторые вещи, не записывая их. При развитии болезни Альцгеймера появляется проблема – человек не может ничего вспомнить и постоянно использует напоминания, а также нуждается в помощи близких.

Вы теряетесь в знакомых местах. Нет ощущения хуже, чем полное непонимание, где именно вы оказались. У людей с болезнью Альцгеймера это достаточно распространенное ощущение. Хуже всего, что это случается даже в очень знакомых местах, к примеру, в районе возле дома.

Вы не способны готовить по рецепту. Даже особенности приготовления домашних блюд могут рассказать многое о человеке с Альцгеймером. Если вы вдруг теряете способность следовать знакомому рецепту, дело может быть в том, что болезнь начала менять ваше состояние.

Вы забываете разговоры. Иногда человек просто невнимателен и не может вспомнить беседу именно из-за того, что не слушал. Если же вы прикладываете усилия, но все равно абсолютно не знаете, о чем разговаривали с тем или иным человеком, это может говорить о развитии болезни Альцгеймера.

Вы не можете следить за счетами. Каждый месяц нужно оплачивать целый ряд счетов. На ранней стадии Альцгеймера это может стать проблемой – становится трудно работать с цифрами, вы не можете контролировать счета и оплачивать их, хотя прежде легко во всем разбирались.

У вас все занимает больше времени. С годами все процессы замедляются, тем не менее человек не должен терять способности следовать плану и концентрироваться. Если каждая мелочь занимает куда больше времени, чем прежде, это может указывать на болезнь Альцгеймера.

Вы теряете мотивацию. Если вы потеряли не только интерес к жизни, но и мотивацию, вероятно, дело в изменениях поведения, характерных для болезни Альцгеймера.

Вы путаете слова, когда разговариваете. Если человек начинает путать слова в речи или на письме, это может указывать на развитие болезни Альцгеймера. Для больных характерна такая путаница в речи.

У вас проблемы с концентрацией внимания. Когда начинается развитие болезни Альцгеймера, человек может столкнуться с такой проблемой, как сокращенная продолжительность внимания. Тот, кто прежде с легкостью мог поддержать беседу, вдруг замечает, что не в состоянии сфокусироваться на чем-то конкретном, ему трудно уследить за ходом мыслей собеседника.

Вы забываете имена друзей и членов семьи. Одной из наиболее тяжелых проблем при болезни является то, что человек может забыть имена своих близких и давних друзей, и даже членов семьи. Окружающим может быть трудно это перенести, но такой симптом достаточно распространен.

Вы подозрительно относитесь к окружающим. Вместо того, чтобы рассчитывать на поддержку близких людей, больные становятся предельно недоверчивыми. Они могут даже обвинять своих близких в кражах, неверности и других неприятных вещах. Причиной такого поведения могут быть потеря памяти и спутанность сознания.

Вы начинаете неуместно одеваться. Люди с болезнью Альцгеймера нередко одеваются совершенно неуместно – к примеру, на них может быть минимум одежды в середине зимы или множество теплых вещей в летнюю жару, когда солнце палит очень сильно.

Вы не можете играть в знакомые игры. Если прежде вы часто играли в карточные игры, но вдруг забыли правила, дело может быть в болезни Альцгеймера. Любое занятие в таком случае становится сложнее и со временем человек даже не может одеться самостоятельно.

У вас проблемы с критическим мышлением. Люди с болезнью Альцгеймера особенно часто становятся жертвами мошенников, потому что они не могут правильно оценить ситуацию. В результате человек может просто отдать свои деньги или принять другое неправильное решение.

Вы отдаляетесь от общества. Всем нужно время, проведенное наедине с собой. Волноваться стоит тогда, когда человек, прежде бывший достаточно общительным и открытым, вдруг полностью теряет интерес к общению. Это может быть связано с изменениями в состоянии мозга, ассоциирующимися с болезнью Альцгеймера.

Вы забываете, что говорили. Если вы постоянно повторяете фразы или вопросы, как будто это в первый раз, это является серьезным сигналом болезни.

Вы слишком агрессивны. Если вы внезапно начинаете демонстрировать агрессию по отношению к близким, причина может быть в болезни.

Вы не можете пользоваться телефоном. Если вы не можете справиться даже с телефонными звонками, вам определенно стоит встревожиться.

Вы слишком пассивны. Всем иногда хочется просто посидеть на диване и посмотреть телевизор. Проблема очевидна тогда, когда это становится нормой – вы просто весь день проводите перед экраном, не испытывая ни малейшего интереса к каким-то другим занятиям.

Вы слишком легко обижаетесь. Если вы обижаетесь и раздражаетесь по любому поводу, возможно, стоит задуматься о причинах такого состояния. У вас повышена возбудимость Если вы никак не можете справиться с нервами, причина может скрываться в заболевании Альцгеймера.

Вы не можете делать несколько дел одновременно. В наши дни все постоянно делают миллион вещей одновременно. Для больного Альцгеймером это абсолютно невыполнимая задача.

Вы импульсивны. Когда болезнь Альцгеймера прогрессирует, человек начинает демонстрировать импульсивное поведение.

Материал с интернета

Определение болезни по Merriam-Webster

болезнь | \ di-ˈzēz \ 1 : состояние живого животного или растительного тела или одной из его частей, которое нарушает нормальное функционирование и обычно проявляется отличительными признаками и симптомами. : болезнь, недомогание. инфекционные болезни редкое генетическое заболевание сердца

2 : вредное развитие (как в социальном институте) рассматривает преступность города как болезнь

Что такое болезнь?

Резюме

Болезни, инвалидность и их определения

На первый взгляд ответ на вопрос «Что такое болезнь?» просто.Большинство из нас чувствуют, что интуитивно схватывают эту идею, мысленно обращаясь к изображениям или воспоминаниям о простуде, раке или туберкулезе. Но просмотр любого медицинского словаря вскоре показывает, что дать удовлетворительное определение болезни на удивление сложно. И определение болезни как противоположности здоровью не очень помогает, учитывая, что определения здоровья столь же сложны. Утверждение Всемирной организации здравоохранения о том, что здоровье - это «состояние полного физического, психического и социального благополучия, а не просто отсутствие болезней или недугов» (ВОЗ, 1946), было высоко оценено за принятие целостной точки зрения и столь же решительно осуждено за дико утопично: историк Роберт Хьюз заметил, что это «более реалистично для крупного рогатого скота, чем человеческое состояние существования» (Hudson, 1993).

Элисон Лаппер (8 месяцев) Марк Куинн (2000). Мрамор и плинтус (83,5 × 40 × 65 см) © автор. Предоставлено Джеем Джоплингом / White Cube (Лондон, Великобритания). Эта скульптура вызвала споры в Англии, когда она была выбрана в качестве одной из двух частей, занимающих свободный четвертый постамент на Трафальгарской площади в Лондоне. Работы, вероятно, будут установлены на цоколе весной 2005 года и продержатся 12–18 месяцев.

Может быть нелегко сформулировать, что такое болезнь, но нам нравится думать, что мы, по крайней мере, все узнаем, когда увидим ее.К сожалению, это тоже проблематично. Представления о здоровье сильно зависят от контекста, поскольку человеческие болезни существуют только в отношении людей, а люди живут в различных культурных контекстах. Исследования в области медицинской антропологии и социологии показали, что то, считают ли люди себя больными, зависит от класса, пола, этнической группы и менее очевидных факторов, таких как близость к поддержке со стороны членов семьи.

То, что считается болезнью, также меняется с течением времени, частично в результате растущих ожиданий в отношении здоровья, частично из-за изменений в диагностической способности, но в основном по совокупности социальных и экономических причин.Одним из примеров является остеопороз, который после того, как в 1994 году ВОЗ официально признал его заболеванием, превратился из неизбежной части нормального старения в патологию (ВОЗ, 1994). Это имеет последствия для понимания больными того, являются ли они «обычно старыми» или «больными», но, более конкретно, для их способности получить компенсацию за лечение от поставщиков медицинских услуг. Другой хорошо известный пример - гомосексуальность, который прошел в направлении, противоположном остеопорозу, через территорию медицины и по другую сторону.После переопределения в XIX веке как состояния, а не действия, в первой половине двадцатого века гомосексуальность рассматривался как эндокринное нарушение, требующее гормонального лечения. Позже его патологическая идентичность изменилась, поскольку он был переквалифицирован как органическое психическое расстройство, излечиваемое электрошоком, а иногда и нейрохирургией; и, наконец, в 1974 году он был официально депатологизирован, когда Американская психиатрическая ассоциация удалила его из списка болезненных состояний в Диагностическом и статистическом руководстве IV (Bayer & Spitzer, 1982).

Если мы хотим гарантировать, что ограниченные ресурсы здравоохранения распределяются надлежащим образом ... мы должны иметь достаточно четкое представление, во-первых, что такое болезнь, а во-вторых, какие болезни больше всего стоят затрат времени и денег

Почему это важно знать, что такое болезнь или инвалидность? Одна из причин носит практический характер: поскольку современная медицина обладает беспрецедентной способностью действительно что-то делать, очень важно то, чем мы решаем заняться. Способность принимать действенные и эффективные меры по охране здоровья людей влечет за собой новые этические обязанности.Например, если мы хотим гарантировать, что ограниченные ресурсы здравоохранения распределяются надлежащим образом, мы должны иметь достаточно четкое представление, во-первых, что такое болезнь, а во-вторых, какие болезни больше всего стоят затрат времени и денег.

Говоря более тонко, важно дать определение болезни, поскольку современная биомедицина способна влиять не только на состояние здоровья людей, но и на те области их биологии, последствия которых являются проблематичными с моральной и экономической точек зрения. Например: болеет ли человек с генетической предрасположенностью к заболеванию? У меня могут быть бессимптомные симптомы, но диагноз, безусловно, имеет значение не только для моего будущего, но и для моего настоящего.Имея предрасположенность, я на самом деле не болен (хотя страховая компания или работодатель могут считать меня больным), но и я не совсем тот человек, которым был раньше: получение диагноза может быть одним из самых травмирующих событий в моей жизни, и может возложить на меня серьезное психологическое и этическое бремя. Так я здоров или болен? Или что?

Как правильно отличить настоящие болезни от человеческого поведения или характеристик, которые нам только что мешают?

Как правильно различать настоящие болезни и человеческое поведение или характеристики, которые нам просто мешают? Недавнее обсуждение этого вопроса было сосредоточено на использовании психофармпрепаратов, и наиболее часто приводимым примером являются дети с синдромом дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ; Zwi et al , 2000).За последние 15 лет число диагнозов детей с СДВГ резко возросло (Gottlieb, 2002), равно как и количество рецептов на лекарства для его контроля. Критики утверждают, что диагноз СДВГ на самом деле касается плохо воспитанных детей, которых родители и школа не могут контролировать; Между тем, сторонники говорят, что дети плохо себя ведут, потому что у них болезнь, требующая фармацевтического вмешательства.

Как показывает бизнес-литература, новые клинические диагнозы часто приветствуются в первую очередь как возможности для роста рынка

Создаются ли новые субъекты болезней, соответствующие разработке лекарств? Как показывает деловая литература, новые клинические диагнозы часто приветствуются в первую очередь как возможности для роста рынка (Moynihan et al , 2002).Одним из недавних примеров этого является женская сексуальная дисфункция (FSD). Огромный коммерческий успех силденафила (Виагры) при эректильной дисфункции у мужчин является сильной мотивацией для фармацевтических компаний определять эквивалентный рынок (то есть состояние) для женщин. Некоторые специалисты по этике считают, что фармацевтические компании были, мягко говоря, чрезмерно вовлечены в встречи медицинского консенсуса, проводившиеся в период с 1997 по 1999 год, на которых были выработаны очень всеобъемлющие клинические критерии для определения FSD (Moynihan, 2003).

Даже при отсутствии явных коммерческих интересов, «создаются» ли новые болезни просто для того, чтобы соответствовать возможности их диагностировать (Smith, 2002)? Это более сложный вопрос, потому что, конечно, действительно так, что болезни будут плохо диагностированы, пока они не будут должным образом охарактеризованы. Никто не станет утверждать, что если технология позволяет идентифицировать состояние впервые, то раньше не было настоящего заболевания. Но бывают случаи, когда определение чего-либо как «патологии» зависит не столько от его последствий, сколько от того, соответствует ли оно новому набору медицинских критериев.Примером может служить гипермобильность суставов (Grahame, 1999). Двусуставность раньше считалась верхней границей нормы, а иногда и преимуществом: как потрясающе гибкая маленькая девочка я хорошо училась в балете и гимнастике, а наличие гипермобильных пальцев может быть полезно для пианистов и флейтистов (Larsson et al. al , 1993). Но гипермобильность суставов часто сопровождает наследственные заболевания соединительной ткани (HCTD), и недавние пересмотры классификации HCTD включают гипермобильность не только как симптом заболевания, но и как расстройство само по себе (Beighton et al , 1988; Grahame, 1992).Некоторые из HCTD являются относительно доброкачественными, в то время как другие имеют более серьезные последствия, и для проведения дифференциального диагноза необходимы серьезные исследования (генетические и другие). Таким образом, наличие этой характеристики может стать вашей визитной карточкой в ​​мир тестирования. Таким образом, с детства я перешел от «завидно гибкого» к «подверженному риску нескольких неприятных расстройств»; довольно серьезная трансформация, в то время как мой повседневный опыт гипермобильности совсем не изменился.

Если болезнь определить сложно, инвалидность еще хуже.Есть проблемы даже с определением, где искать. Инвалидность кроется в человеке? Или еще где-нибудь? Где находится граница между физическими отклонениями и инвалидностью? Есть ли вообще точка отсечения? До недавнего времени единственной последовательной моделью для размышлений об инвалидности была медицинская, в которой инвалидность рассматривалась как номинативная патология: болезнь, дегенерация, дефект или недостаток, присущий человеку. Что именно здесь составляет болезнь, дегенерацию, дефект или дефицит, решается на основе биомедицинских норм.Поэтому полезно иметь биомедицинскую норму, которая могла бы объяснить, почему идея «инвалидности» как категории возникла параллельно с медицинской стандартизацией.

... личный опыт инвалидности не всегда предсказуем, и он может сильно отличаться от опыта болезни

Растущее недовольство ограничениями чисто медицинской точки зрения на понимание всего опыта инвалидности привело к появлению нескольких альтернатив, основанных на о социальной модели (Оливер, 1996; Шекспир и Ватсон, 2002).Фундаментальная критика медицинской модели социальной моделью состоит в том, что она неверно помещает «проблему» инвалидности в биологические ограничения, рассматривая ее только с точки зрения индивидуума и игнорируя социальные и системные рамки, которые способствуют этому. Социальная модель различает нарушение (биологический субстрат, например, нарушение слуха) и инвалидность. С этой точки зрения наличие нарушений слуха - это одно, а отсутствие субтитров на телевидении - совсем другое, и именно отказ общества сделать необходимые приспособления является реальной причиной инвалидности.Социальная модель не игнорирует биологию, но утверждает, что социальные, экономические и экологические факторы не менее важны для возникновения инвалидности.

... современная мощь биомедицины означает, что она больше не может принимать окружающие идеи о болезнях и инвалидности, не сталкиваясь с хитрыми областями двусмысленности и, потенциально, с этическими трудностями

Вдобавок ко всему, личный опыт инвалидности не всегда предсказуем , и это может сильно отличаться от опыта болезни.Большинство социологических моделей острых и хронических заболеваний рассматривают их как нарушение сохраняющейся личной идентичности (Bury, 1982). Частично это было подтверждено исследованием, которое я провел вместе с Кристофом Рехманнзаттером и Кристин Риппбергер в Швейцарии в период с 1998 по 2001 год, в котором мы сравнили отношение потенциальных поставщиков и потенциальных потребителей будущей соматической генной терапии (Скалли et al , 2004 г.). Люди с рассеянным склерозом четко определили свою болезнь как нарушение, «что-то, что случилось со мной.«Многие формы инвалидности также воспринимаются как нарушения, особенно те, которые возникают в течение жизни человека в результате старения, травм или болезней.

Но наши собственные и другие исследования показали, что нарушение, особенно врожденное или генетическое, стабильное, а не прогрессирующее, также может составлять важную часть личности человека. В нашем исследовании некоторые люди с такими нарушениями, как генетическая глухота или ахондроплазия, сделали такие утверждения: «Если вы заберете у меня эти [выводящие из строя] элементы, я не буду X, я больше не буду этим человеком.Поразительно, хотя большинство участников назвали свою этническую группу швейцарцами, более чем один глухой участник выбрал «культуру глухих». Определение их первичной идентификации с другими людьми с их ограниченными возможностями, даже выше их национальности, демонстрирует его важность для их чувства идентичности.

Особенно интересен пример глухоты. Многие глухие в культурном отношении (принято использовать строчные «глухие» для обозначения нарушения слуха и прописные «глухие» для обозначения культурной принадлежности) люди считают себя не инвалидами, а языковым меньшинством.Хотя имеющиеся данные свидетельствуют о том, что большинство глухих людей не предпочитают иметь глухих или слышащих детей (Stern и др. , 2002; Миддлтон и др. , 2001), некоторые явно делают это, и это уже дало повод для хотя бы одно громкое дело. В начале 2002 года лесбийская пара, обе с врожденным нарушением слуха, использовали донора спермы с наследственной формой глухоты, чтобы увеличить свои шансы иметь глухого ребенка. Обратите внимание, что они не отвергали наличия слышащего ребенка, только считали, что глухой будет «особым подарком».На данный момент у пары было двое детей, оба с нарушениями слуха (Mundy, 2002). Общественные отклики варьировались от возмущения до защиты права пары не только иметь ребенка, но и выбирать, какого ребенка они хотят иметь.

Вскоре после этого австралийская газета сообщила, что пара глухих из Мельбурна планировала использовать преимплантационную генетическую диагностику (ПГД), чтобы гарантировать (а не, как американская пара, увеличить свои шансы), что у них будет ребенок с нормальным слухом.На этот раз практически не было споров об этических основаниях действий родителей. Поскольку использование ПГД в Австралии ограничивается предотвращением передачи заболеваний, было задействовано местное регулирующее управление по лечению бесплодия, потому что «мы должны спросить, является ли глухота заболеванием ... Некоторые люди скажут, что глухота - это болезнь. Другие сказали бы, что это неудачное состояние »(Riley, 2002). Не было упоминания о тех, кто сказал бы, что глухота - это ни то, ни другое, а другой способ существования.

Я привожу этот пример не для того, чтобы поддержать право выбирать младенцев с нарушением слуха, а чтобы проиллюстрировать, что границы, проведенные вокруг нормальности, аномалии и инвалидности, не являются самоочевидными. Эти линии определяют многие моральные выборы в исследованиях и здравоохранении, и они меняются в зависимости от опыта и точки зрения. Для большинства комментаторов этого дела глухота - это инвалидность и, следовательно, с этической точки зрения, вред. Для глухих, которые считают себя культурным или языковым меньшинством, выбор глухоты больше похож на выбор практиковать свой иудаизм или отдавать своего ребенка в школу Рудольфа Штайнера: культурный выбор, который закрывает некоторые варианты, но открывает другие, которые одинаково ценный.Некоторые глухие люди могут по-прежнему избегать глухоты у своих детей, чтобы защитить их от социального неблагополучия. Другие считают, что социальные предрассудки не являются веской причиной предпочитать слух слабослышащему ребенку.

Хотя это крайний пример, аналогичные аргументы могут использоваться для состояний, которые в большей степени однозначно выводят из строя, чем глухоту. Для людей с ахондроплазией или другими дисплазиями скелета многие из недостатков, с которыми они сталкиваются, не являются присущими этому состоянию, а связаны с нежеланием общества делать такие вещи, как установка выключателей света ниже на стенах; и те моменты, которые являются внутренними, такие как боль в суставах, недостаточно плохи, чтобы оправдать медицинское вмешательство.Подобно теоретической модели, эти точки зрения предполагают, что «инвалидность» как переживание не следует путать с простыми нарушениями.

Ответ ученого на все это разумно мог бы быть «Ну и что?» Даже если это правда, что медицинская модель неадекватно описывает переживание инвалидности, биомедицинская наука не занимается переживанием болезни или даже этикой: ее цель - понимание процессов болезни. Но наука не стоит выше культуры, в которой она действует, и влияние на нее распространяется в обоих направлениях.Это культурная структура, которая говорит ученым, на что им следует обратить свое внимание, и в этой статье я предположил, что современная сила биомедицины означает, что она больше не может принимать окружающие идеи о болезнях и инвалидности, не сталкиваясь с хитрыми областями двусмысленности. и, возможно, этические трудности.

Противоположное влияние оказывает влияние науки на повседневную жизнь. Биомедицинские объяснения имеют огромный авторитет в современном мире, и статус генетических объяснений особенно высок.Здесь необходимо задать соответствующие вопросы об определении болезни или инвалидности с точки зрения наличия генетического маркера. Во-первых, относительно небольшая часть нарушений напрямую связана с генетикой. В большинстве случаев инвалидность вызвана событиями, которые происходят после рождения: старением, болезнями и травмами, в том числе войной, в которых генетические факторы могут играть незначительную роль или вообще не играть ее. Тем не менее, как и в случае с болезнями, постоянно увеличивающийся объем доступной генетической информации стимулирует поиск генетической этиологии всех форм инвалидности.

Как отмечалось ранее, одна неясность заключается в том, следует ли считать носителя генетической предрасположенности больным или нет. Кроме того, существует реальный риск того, что накопление локусов генов, связанных с заболеванием, приведет к слиянию маркера и того, что он маркирует. Обратите внимание, что эта критика не зависит от того, действительно ли рассматриваемый аллель вызывает фенотип. Нет сомнений в том, что генетические факторы участвуют в заболеваниях и инвалидности, но то, как именно они взаимодействуют с экологическими и социальными факторами, вероятно, будет отличаться для каждого состояния.Критики генетического детерминизма справедливо осуждают тенденцию игнорировать негенетические влияния. Дело здесь немного в другом. Делается два скачка: от гена к фенотипу и от фенотипа к опыту. Независимо от того, насколько запутанной является взаимосвязь между генотипом и фенотипом, приведенные ранее аргументы предполагают, что «вред» нарушения не напрямую связан с фенотипом. Что должно нас беспокоить в отношении болезней и инвалидности, так это их недостаток, боль или страдание, и в определенном смысле нарушение всегда является своего рода суррогатным маркером этого опыта.Определяя болезнь или инвалидность в терминах генетических локусов, отношение к опыту становится на шаг более отдаленным: удаляется не только из жизненного опыта фенотипа, но и из развития самого фенотипа. Конечно, размер этого разделения зависит от состояния и во многих случаях не имеет реального значения: было бы глупо и оскорбительно предполагать необходимость изучения жизненного опыта, прежде чем решить, что наличие семейного рака толстой кишки влечет за собой страдания. Тем не менее, для многих состояний, которые в настоящее время называются инвалидностью, и связанных с более легко поддающимися лечению заболеваниями, ситуация не так проста.

Одно важное сообщение здесь заключается в том, что, хотя болезнь и инвалидность регулярно смешивают вместе, их объединение часто вводит в заблуждение. Другой заключается в том, что наука никогда не отражает просто культурные представления; он одновременно помогает и в выработке определений. Таким образом, выбор таких обыденных вещей, как модели болезней и диагностические критерии, связан не только с исследовательскими программами или коммерческим влиянием. В их основе лежат глубокие этические дебаты об идентичности, правах человека и терпимости к различиям.

Что такое болезнь?

Новости

На фоне продолжающихся дебатов о том, следует ли классифицировать ожирение как заболевание, два эксперта исследуют, что такое болезнь, и кто принимает решение.

Не все болезни легко обнаружить. (Изображение: Yok_onepiece / Shutterstock)

Среди медицинских работников ведутся оживленные дискуссии о том, является ли ожирение болезнью.

Различия между теми, кто утверждает, что это болезнь, и теми, кто утверждает, что это всего лишь фактор риска таких состояний, как диабет 2 типа и болезни сердца, вряд ли исчезнут в ближайшее время.Однако дебаты поднимают другие вопросы, например, что такое болезнь и кто должен решать?

Простое определение болезни - это «болезнь или недомогание, характеризующееся определенными признаками или симптомами». Но интересно, что некоторые словари предполагают, что болезни вызываются `` бактериями или инфекциями '', по-видимому, отклоняя психологические и неинфекционные состояния как болезни, что странно, учитывая, что неинфекционные заболевания, такие как сердечно-сосудистые заболевания и рак, составляют большую часть плохое здоровье в современном мире.

Официальный каталог болезней
На глобальном уровне болезни каталогизируются международными группами экспертов Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). Этот каталог, Международная классификация болезней (МКБ), сейчас находится в десятой редакции (МКБ-10). Несмотря на свое название, классификация не ограничивается болезнями, а включает связанные с ними проблемы со здоровьем, которые могут быть связаны с конкретным заболеванием или могут быть симптомом как частью синдрома или даже следствием медицинской процедуры.

Например, даже обезвоживание появляется в МКБ-10, где оно также называется «истощение объема». Так что, возможно, нет даже согласия о том, что подразумевается под болезнью. А то, что классифицируется как болезнь, по сути, зависит от консенсуса экспертов.

Хотя у ВОЗ, похоже, нет четкого определения болезни, у нее, по крайней мере, есть определение здоровья. Оно определяется как «состояние полного физического, психического и социального благополучия, а не просто отсутствие болезней или недугов».

Определение здоровья кажется широким и всеобъемлющим, но определение болезни кажется более сложной задачей, чем определение ее противоположности. Мало кто не согласится с тем, что, скажем, корь - это болезнь. Но что происходит, когда общество решает классифицировать определенное человеческое поведение или характеристику, которые некоторые группы находят беспокоящими, как болезнь.

Грех как источник болезней
Примеры классификации характеристик как болезней можно увидеть на протяжении всей истории человечества.Многие из них могут быть основаны на традиционных верованиях и взглядах на здоровье, болезни и их связь с грехом.

Развитие психологии как науки потенциально привело к тому, что некоторые предполагаемые «грехи» вылились в расстройства психического здоровья. Возможно, лучший пример этого - гомосексуальность. гомосексуальность был классифицирован Американской психиатрической ассоциацией (APA) как психическое расстройство в 1968 году. Позже это было оспорено голосованием среди членов APA в 1973 году, когда большинство 58% решили исключить его из диагностического руководства.гомосексуальность не был полностью исключен из диагностического руководства еще десять лет и теперь считается нормальным признаком разнообразия человеческой натуры.

Этот тревожный эпизод вызывает дополнительные вопросы: на каком основании и в чьих интересах классифицируются болезни?

В 2013 году исследователи из Университета Бонда в Австралии изучали, кто может классифицировать болезни. Они обнаружили, что определения распространенных болезней часто расширяются группами экспертов без учета потенциальных рисков или проблем, связанных с увеличением числа людей, живущих с болезнью.

Они также отметили, что эксперты, расширившие определения болезней, часто имеют конфликт интересов в виде финансирования со стороны фармацевтических компаний.

В спектре
Иногда факторы риска заболевания, такие как высокое кровяное давление, в конечном итоге определяются как болезнь сами по себе. И как только эти факторы риска классифицируются как болезнь, их целевые показатели или диапазоны со временем меняются, увеличивая число людей, страдающих этим заболеванием.Например, раньше высокое кровяное давление было выше 140/90. Но в 2017 году США изменили порог на 120/80.

Отличить болезнь от фактора риска непросто, особенно когда речь идет о хронических заболеваниях, которые, как правило, варьируются от здоровья до болезни. Глюкоза в крови (сахар) является ярким примером того, как уровни переходят от нормального уровня через предиабет к диабету 2 типа. Таким образом, определить, где заканчивается здоровье и начинается болезнь, сложно до такой степени, что ВОЗ и Международная федерация диабета предполагают, что не существует такой вещи, как нормальный уровень глюкозы в крови.

Тем не менее, определение гестационного диабета (диабет во время беременности) изменилось в 2014 году, когда был снижен порог уровня глюкозы в крови. Согласно одному австралийскому исследованию, это изменение увеличило частоту гестационного диабета на 74% без улучшения краткосрочных результатов, таких как необходимость кесарева сечения матери.

Многие врачи критически относятся к этой тенденции, называя ее чрезмерной медикализацией.

Нормальное старение или болезнь?
Иногда состояния, которые раньше считались естественной частью старения, превратились в болезни.Например, остеопороз считался нормальным явлением старения до 1994 года, когда ВОЗ официально признала его заболеванием. Учитывая связь остеопороза с повышенным риском переломов и разрушительным воздействием, которое сломанные кости могут оказать на пожилых людей, это кажется оправданным изменением определения.

Другие физиологические изменения, происходящие в пожилом возрасте, такие как падение уровня тестостерона у мужчин, могут не улучшаться из-за статуса болезни. Но это не остановило некоторых экспертов в области здравоохранения, пытающихся создать новое состояние под названием «андропауза».Однако до сих пор сопротивление признанию этого изменения болезнью было сильным.

Все вышеперечисленное показывает, что решить, что является заболеванием, а что нет, непросто, но, надеюсь, вы будете лучше подготовлены, чтобы задать некоторые важные вопросы, например, кому выгодно это новое определение? И действительно ли они заботятся о моих интересах? Ответ на последний вопрос обычно положительный, но не всегда.

Эта статья изначально была опубликована на сайте The Conversation.Прочтите оригинальную статью .



определения болезни экспертный консенсус медикализация


НовостиЕженедельный опрос GP Отговаривали ли вас когда-либо законы об обязательном сообщении от обращения за психологической помощью?

Что такое болезнь?

Среди медицинских работников ведутся оживленные дискуссии о том, является ли ожирение болезнью. Различия между теми, кто утверждает, что это болезнь, и теми, кто утверждает, что это всего лишь фактор риска таких состояний, как диабет 2 типа и болезни сердца, вряд ли исчезнут в ближайшее время.Однако дебаты поднимают другие вопросы, например, что такое болезнь и кто должен решать?

Простое определение болезни - это «болезнь или недомогание, характеризующееся определенными признаками или симптомами». Но интересно, что некоторые словари предполагают, что болезни вызываются «бактериями или инфекциями», что, по-видимому, отклоняет психологические и неинфекционные состояния как болезни, что странно, учитывая, что неинфекционные заболевания, такие как сердечно-сосудистые заболевания и рак, составляют большую часть плохого состояния здоровья в мир сегодня.

Официальный каталог болезней

На глобальном уровне болезни каталогизируются международными группами экспертов Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). Этот каталог, Международная классификация болезней, сейчас находится в десятой редакции (МКБ-10). Несмотря на название, классификация не ограничивается болезнями, а включает связанные с ними проблемы со здоровьем, которые могут быть связаны с конкретным заболеванием или могут быть симптомом как частью синдрома или даже следствием медицинской процедуры.Например, даже обезвоживание появляется в МКБ-10, где его еще называют «истощение объема». Так что, возможно, нет даже согласия о том, что подразумевается под болезнью. А то, что классифицируется как как болезнь, по сути, зависит от консенсуса экспертов.

Хотя у ВОЗ, кажется, нет четкого определения болезни, у нее, по крайней мере, есть определение здоровья. Оно определяется как «состояние полного физического, психического и социального благополучия, а не просто отсутствие болезней или недугов».

Определение здоровья кажется широким и всеобъемлющим, но дать определение болезни сложнее, чем дать определение его противоположности. Мало кто не согласится с тем, что, скажем, корь - это болезнь. Но что происходит, когда общество решает классифицировать определенное человеческое поведение или характеристику, которые некоторые группы находят беспокоящими, как болезнь.

Грех как источник болезней

Примеры классификации характеристик как болезней можно увидеть на протяжении всей истории человечества.Многие из них могут быть основаны на традиционных верованиях и взглядах на здоровье, болезни и их связь с грехом.

Развитие психологии как науки потенциально привело к тому, что некоторые предполагаемые «грехи» превратились в расстройства психического здоровья. Возможно, лучший пример этого - гомосексуальность. гомосексуальность был классифицирован Американской психиатрической ассоциацией (APA) как психическое расстройство в 1968 году. Позднее это было оспорено голосованием среди членов APA в 1973 году, когда большинство 58% решили исключить его из диагностического руководства.гомосексуальность не был полностью исключен из диагностического руководства еще десять лет и теперь считается нормальным признаком разнообразия человеческой натуры.

Когда-то гомосексуальность считалась эндокринным расстройством. lazyllama / Shutterstock

Этот тревожный эпизод вызывает дополнительные вопросы: на каком основании и в чьих интересах классифицируются болезни?

В 2013 году исследователи из Университета Бонда в Австралии изучали, кто может классифицировать болезни.Они обнаружили, что определения распространенных болезней часто расширяются группами экспертов без учета потенциальных рисков или проблем, связанных с увеличением числа людей, живущих с болезнью. Они также отметили, что эксперты, расширившие определения болезней, часто имеют конфликт интересов в виде финансирования со стороны фармацевтических компаний.

В спектре

Иногда факторы риска заболевания, такие как высокое кровяное давление, в конечном итоге определяются как болезнь сами по себе.И как только эти факторы риска классифицируются как болезнь, их целевые показатели или диапазоны со временем меняются, увеличивая число людей, страдающих этим заболеванием. Например, раньше высокое кровяное давление было выше 140/90. Но в 2017 году США изменили порог на 120/80.

Отличить болезнь от фактора риска непросто, особенно когда речь идет о хронических заболеваниях, которые, как правило, варьируются от здоровья до болезни. Глюкоза в крови (сахар) является ярким примером того, как уровни переходят от нормального уровня через предиабет к диабету 2 типа.Таким образом, определить, где заканчивается здоровье и начинается болезнь, сложно до такой степени, что ВОЗ и Международная федерация диабета предполагают, что не существует такой вещи, как нормальный уровень глюкозы в крови.

Тем не менее, определение гестационного диабета (диабета при беременности) изменилось в 2014 году, когда был снижен порог уровня глюкозы в крови. Согласно одному австралийскому исследованию, это изменение увеличило частоту гестационного диабета на 74% без улучшения краткосрочных результатов, таких как необходимость кесарева сечения матери.

Многие врачи критически относятся к этой тенденции, называя ее чрезмерной медикализацией.

Нормальное старение или болезнь?

Иногда состояния, которые раньше считались естественной частью старения, становятся болезнями. Например, остеопороз считался нормальным явлением старения до 1994 года, когда ВОЗ официально признала его болезнью. Учитывая связь остеопороза с повышенным риском переломов и разрушительным воздействием, которое сломанные кости могут оказать на пожилых людей, это кажется оправданным изменением определения.

Другие физиологические изменения, происходящие в пожилом возрасте, такие как падение уровня тестостерона у мужчин, могут не улучшаться из-за статуса болезни. Но это не остановило некоторых экспертов в области здравоохранения, пытающихся создать новое состояние под названием «андропауза». Однако до сих пор сопротивление признанию этого изменения болезнью было сильным.

Все вышеперечисленное показывает, что решить, что является заболеванием, а что нет, непросто, но, надеюсь, вы будете лучше подготовлены, чтобы задать некоторые важные вопросы, например, кому выгодно это новое определение? И действительно ли они заботятся о моих интересах? Ответ на последний вопрос обычно положительный, но не всегда.

Болезнь, болезнь, болезнь, здоровье, исцеление и целостность: изучение некоторых неуловимых концепций

Введение

В этой статье я хочу исследовать возможные значения группы слов - болезнь, болезнь, болезнь, здоровье, исцеление и целостность. Многие люди пытались объяснить, что означают эти слова, но согласованные определения часто неуловимы. Далее я начну с некоторых определений болезней, болезней и недомоганий. Затем я попытаюсь объяснить, почему определения болезни и здоровья так неуловимы; и я закончу некоторыми наблюдениями о науке и религии, в свете которых трудность определения здоровья, исцеления и целостности может иметь некоторый смысл.

Словарные определения

Болезнь (от старофранцузского и, в конечном итоге, латинского) буквально означает отсутствие легкости или места для локтей. Основная идея - препятствие для свободного передвижения. Но в настоящее время это слово чаще используется без дефиса для обозначения «нарушения структуры или функции у животного или растения такой степени, что вызывает или угрожает вызвать обнаруживаемое заболевание или расстройство» - или, опять же, более узко, «Поддающаяся определению разновидность такого расстройства, обычно с определенными признаками или симптомами или затрагивающая конкретное место».По крайней мере, так это определяется в New Shorter Oxford Dictionary 1 , добавляя в качестве синонимов: «(болезнь)», «(а) болезнь». Позвольте мне остаться со словарем и посмотреть, что в нем говорится об этих синонимах.

Болезнь имеет три определения. Два из них относятся к тому, как это слово использовалось до 18 века - для обозначения либо «злоба, разврат, безнравственность», либо «неприятность, неприятность, причинение вреда». Эти старые значения отражают тот факт, что слово «плохо» является сокращенной формой «зла».Третье значение, датируемое 17 веком, является современным: «нездоровье; состояние болезни ». Словарь определяет «больной» в этом третьем смысле как «болезнь, недомогание». Обращаясь к слову «болезнь», мы находим «состояние болезни или болезни; болезнь, нездоровье »; и под словом «больной» (германское слово, окончательное происхождение которого неизвестно, но может быть звукоподражательным) мы находим «страдающий болезнью, недомогание, недомогание… не в здоровом состоянии» и, конечно же, «склонность к рвоте» .

В этих словарных определениях есть довольно бесполезный круговорот.Но словари английского языка обычно стремятся только рассказать нам о происхождении слов и о том, как они использовались исторически. Они не преследуют гораздо более спорную цель концептуальной ясности. Для этого мы должны искать в другом месте. В этом случае давайте посмотрим, как болезнь, болезнь и недомогание были объяснены сначала практикующим врачом, который должен кое-что знать о предмете; а затем, отметив некоторые популярные и литературные определения, философ, который должен кое-что знать о концептуальной ясности.

Медицинское определение

Профессор Маршалл Маринкер, врач общей практики, более двадцати лет назад предложил полезный способ различать болезнь, болезнь и недомогание. Он характеризует эти «три вида нездоровья» следующим образом.

Болезнь … - это патологический процесс, чаще всего физический, как при инфекции горла или рак бронхов, иногда неустановленного происхождения, как при шизофрении. Признак, определяющий болезнь, - это некоторое отклонение от биологической нормы.Существует объективность в отношении болезни, которую врачи могут увидеть, потрогать, измерить, понюхать. Болезни считаются центральным фактом с точки зрения медицины…

«Болезнь … - это чувство, переживание нездоровья, которое является полностью личным, внутренним для пациента. Часто это сопровождает болезнь, но болезнь может быть необъявленной, как на ранних стадиях рака, туберкулеза или диабета. Иногда болезнь существует там, где болезнь не обнаруживается. Традиционное медицинское образование сделало оглушительное молчание болезни в отсутствие болезни невыносимым для клинициста.Пациент не может предложить врачу ничего, что могло бы удовлетворить его чувства…

Болезнь … - это внешняя и общественная причина нездоровья. Болезнь - это социальная роль, статус, согласованная позиция в мире, сделка, заключенная между человеком, отныне именуемым «больным», и обществом, которое готово признать и поддержать его. Безопасность этой роли зависит от ряда факторов, не в последнюю очередь от обладания этим драгоценным даром - болезнью. Болезнь, основанная только на болезни, является весьма неопределенным статусом.Но даже наличие болезни не гарантирует справедливости в отношении болезни. Люди с хроническим заболеванием гораздо менее защищены, чем пациенты с острым заболеванием; те, у кого психическое заболевание, чем те, у кого хирургическое заболевание…. Best - это острое соматическое заболевание у молодого человека, которое быстро определяется выздоровлением или смертью - подойдет любой вариант, оба одинаково оценены ». 2

Болезнь - это патологический процесс, отклонение от биологической нормы. Болезнь - это переживание пациентом нездоровья, иногда при отсутствии болезни.Болезнь - это роль, которую обсуждают с обществом. Маринкер отмечает, что значительное меньшинство пациентов, которые регулярно консультируются с терапевтами, особенно по поводу повторных назначений, не страдают ни одним из этих видов плохого здоровья. Скорее, они, похоже, стремятся «установить исцеляющие отношения с другим, кто выражает готовность и способность общества помочь». Таким образом, «пациент» в том смысле, что кто-то активно консультируется с врачом, а не просто записывается, не обязательно означает кого-то, кто болен, чувствует себя плохо или признан больным; и, конечно, есть и другие, более приземленные причины, помимо желания установить отношения исцеления, почему пациент может проконсультироваться с врачом - например, сделать прививку перед поездкой за границу.Однако большинство пациентов в большинстве случаев, вероятно, могут быть классифицированы как больные, или чувствующие себя плохо, или признанные больными.

Популярные и литературные определения

Для некоторых пациентов последний из них может быть самым важным. Недавно я раздавал классу студентов-медиков буклеты Генерального медицинского совета по теме «Обязанности врача». Уборщик университета, который помогал мне их распаковывать, заметил: «Для меня основная обязанность врача - выписать мне больничную, иначе я не получу больничную».Неделю спустя в поезде я встретил недавно безработного человека, который довольно подробно рассказал мне, как уговорил своего терапевта уволить его еще на несколько месяцев, чтобы он мог продолжать получать пособие по болезни, пока не получит до пенсионного возраста. А согласно Hystories американского критика Элейн Шоуолтер, 3 постоянно находят новые способы признаться больным. Современная культура постоянно порождает истерические эпидемии - в предтысячелетние годы, ME, синдром войны в Персидском заливе, восстановленная память, синдром множественной личности, сатанинское насилие и похищение инопланетянами.Это, как объяснил отзывчивый рецензент книги, были примеры:

«преобразование эмоциональной боли и конфликта в замаскированный, но культурно приемлемый язык телесной болезни…. Как правило, у людей, которые несчастны или не удовлетворены своей жизнью, развиваются рассеянные и развивающиеся нервные жалобы, и в конечном итоге они обращаются за помощью. Врач или другой авторитетный научный деятель придумывает «единую теорию поля, дающую ясное и связное объяснение сбивающих с толку симптомов», а также дает новое запоминающееся название синдрому.Это объяснение основывается на современной теории болезней, обычно на вирусных и иммунологических идеях. Один или два отдельных случая, часто с участием хорошо известной публичной личности, представляют собой популярную парадигму для нового синтеза симптомов. Роман-бестселлер…, который вскоре станет крупным кинофильмом, сначала рекламирует синдром широкой аудитории. Журналы и телевизионные документальные фильмы еще больше освещают симптомы. Появляются громкие книги для людей, ищущих информацию, а также автобиографии пациентов.Совсем недавно ежедневные ток-шоу, эти агентства массовой поп-психотерапии, объединяют пациентов и терапевтов, чтобы драматизировать их жизненные истории и объяснить значение своего расстройства для миллионов; в процессе участники называют огромное число пострадавших и побуждают других выступить вперед…. Это остро инфекционные заболевания… » 4

Так утверждает рецензент, излагающий Showalter. Люди с ветеранами войны в США и Персидском заливе, напротив, по понятным причинам могут оспорить это мнение о том, от чего они страдают; и другие научные данные о здоровье ветеранов 5 появились после публикации Hystories в 1997 году.Тем не менее аргумент Шоуолтера помогает проиллюстрировать полезное различие Маринкер между болезнью, недугом и недугом. Болеет кто-то или нет, это то, что в конечном итоге должен решить сам человек. Но врачи и другие могут спорить о том, болен ли этот человек или болен.

Синдром Мюнхгаузена

Очевидно, что одни болезни менее респектабельны, чем другие. Классическим примером является синдром Мюнхгаузена, диагностический ярлык, применяемый к людям, которые неоднократно обращаются в больницы с убедительными симптомами, часто требуют, а иногда и подвергаются хирургическому вмешательству, которое не выявляет никаких органических нарушений.Люди с синдромом Мюнхгаузена могут напоминать пациентов, выписывающих повторные рецепты Маринкер, которые ищут «исцеляющих отношений с другим, который выражает готовность и способность общества помочь». Но их состояние, скорее всего, будет отклонено как «причудливая форма симуляции» 6 или «систематическая практика преднамеренного и рассчитанного моделирования болезни с целью получения внимания, статуса и бесплатного проживания и питания». 7 Большинство из них, можно объяснить, «страдают психопатическим личностным дефектом или личностным дефектом», состоянием, определяемым как «характеризующееся импульсивным, эгоцентрическим и антиобщественным поведением», с «трудностями в формировании нормальных отношений и манера, которая либо агрессивна, либо очаровательна, либо чередуется между ними ». 8 Это, как можно заметить, заставляет их подозрительно походить на людей, у которых не было возможности или удачи стать успешными политиками или капитанами индустрии.

Люди с синдромом Мюнхгаузена, возможно, преуспели в том, чтобы быть признанными больными, но не в том смысле, в котором они хотели. По словам Маринкер, их болезнь имеет довольно низкий статус. Сомнительно, что это болезнь, и как болезнь ее значение больше склоняется к употреблению до 18 века, чем после 18 века - «злоба, разврат, безнравственность».Такие слова или разговорный «больной, больной, больной» с большей вероятностью, конечно, будут применяться к виновникам синдрома Мюнхгаузена через доверенных лиц - людей, которые жестоко обращаются с ребенком или хрупким пожилым родственником, заставляя их заболеть или делая вид, что они больны.

Вопросы философов

Такие люди злые или плохие? Как вы ответите на такой вопрос? Чтобы попытаться найти более полезный способ сформулировать это, позвольте мне перейти к поставщикам концептуальной ясности, философам.Для врачей, полагает Маринкер, болезнь - это наиболее ощутимая форма нездоровья. Когда они говорят о болезнях, они знают, что имеют в виду. Философы менее уверены. R M Заяц, например, спрашивает:

«Почему атаки вирусов считаются болезнями, а нападения крупных животных или транспортных средств не считаются? Это просто вопрос размера? Или невидимости? Я считаю, что врачи называют приступы кишечных и других глистных болезней, хотя есть и более точные слова, например, «заражение».Если у меня есть лента или дракункулез (которые довольно большие), есть ли у меня болезнь? Имеет ли значение, если червя можно увидеть, а его яйца - нет? Или имеет значение то, что червь, хотя его в конечном итоге можно увидеть, в некотором смысле активен, внутри пациента, тогда как собаки и грузовики, а также вши и блохи, чьи атаки также не называются болезнями, всегда вне тела? Должно ли быть заболевание что-то у меня ? А в каком смысле «в»? Некоторые кожные заболевания, такие как чесотка, называются так называемыми, хотя микроорганизмы, вызывающие их, находятся на поверхности кожи и не проникают в организм.Они действительно проникают сквозь кожу; но то же самое и с личинкой ихневмон, и с телом тоже. Разве между этими личинками и чесоточным клещом разница только в размере? Или видимости? » 9

Что ж, возможно, предполагает Хэйр, мы просто используем слово «болезнь» для «состояний, причина которых не была видна до изобретения микроскопов». Но более важным моментом, добавляет он, является то, что «для того, чтобы идентифицировать состояние как болезнь, мы ... должны взять на себя обязательство иметь причину, которую можно установить в принципе, того же рода, что и причины болезней, этиологию которых мы определяем. понимать".Я понимаю, что Харе имел в виду под этим то, что, когда врачи применяют диагностический ярлык, например, синдром Мюнхгаузена, они вкладываются в надежду, что когда-нибудь они смогут понять - в медицинских терминах («психически больной» или « сумасшедшие »), а не моральные (« плохие ») - что заставляет этих людей действовать так, как они поступают.

Но что в этом контексте означает «понимать с медицинской точки зрения»? Означает ли это, что врачи надеются найти возбудителя болезни у пациента или в его окружении? Или это просто означает, что они решительно отвергают требование Канта, «чтобы все безумцы были переданы философам и чтобы медики перестали вмешиваться в дела человеческого разума» 10 - в смутной надежде, что терапевтический подход окажется более эффективным, чем моральный или юридический? И что мы должны делать с тем фактом, что врачи решили называть синдром Мюнхгаузена именем вымышленного лжеца, а не именем выдающегося психиатра, первым определившим его, или каким-то медицинским термином, указывающим направление, в котором они ищут объяснение? Применение ярлыка болезни к этому и, возможно, к некоторым другим состояниям, звучит не сильно отличается от того, что святой Ансельм называл fides quaerens intellectum , «верой, ищущей понимания» - хотя в этом случае врачи выглядят менее оптимистично в отношении поиска причины, чем святой Ансельм. Ансельм собирался доказать существование Бога.

Здесь, конечно, врачи могут возразить, что теоретизирование на основе такого примера, как синдром Мюнхгаузена, более типично для философии, чем для более повседневной медицинской практики, в которой медицинская вера, ищущая понимания, неоднократно находила это. Я считаю такой ответ справедливым. Но, чтобы быть справедливым и по отношению к философам, позвольте мне добавить, что Хейр не утверждает, что «болезнь» - это своего рода лингвистическое оружие, которым пользуются врачи, чтобы заставить пациентов подчиняться им. Его точка зрения скорее состоит в том, что слово «болезнь» носит оценочный характер.Его использование может быть оправдано, если пациенты и врачи оценивают его одинаково - если пациенты соглашаются со своими врачами, что болезнь для них вредна. Но когда этого согласия нет, становится проблематично. Таким образом, это указывает на одну причину, по которой определения болезни могут быть столь неуловимыми. Назвать что-либо болезнью - это оценочное суждение, относительно несложное в случаях, когда оно широко распространено, но более спорное, когда люди не согласны с этим.

Здоровье

Когда философы пытаются определить здоровье, некоторые из них приходят к аналогичному выводу.Р. С. Дауни, например, соглашается, что определение здоровья, данное Всемирной организацией здравоохранения как «состояние полного физического, психического и социального благополучия, а не просто отсутствие болезней или недугов», является чрезмерно амбициозным. Тем не менее, утверждает он, он, вероятно, движется в правильном направлении. 11 Попытка определить здоровье как простое отсутствие болезни или немощи приводит вас к затруднениям: плохое здоровье нельзя определять просто в терминах болезни, например, потому что люди могут болеть (особенно с незначительными симптомами) без плохого самочувствия, и у них могут появиться нежелательные симптомы (тошнота, обморок, головные боли и т. д.), когда, по всей видимости, нет болезни или нарушения.Также не факт, что состояние является достаточно нежелательным, чтобы описать его как нездоровье: например, это может быть обычная немощь в старости; и снова ненормальности состояния тоже недостаточно - инвалидность или уродство могут быть ненормальными, но человек, у которого они есть, не может быть нездоровым; и почти то же самое может относиться к кому-то, кто получил травму. Таким образом, чтобы сказать, присутствует ли физическое нездоровье, необходимо принять во внимание сложную комбинацию «аномальных, нежелательных или выводящих из строя состояний биологической системы».А с оценкой психического здоровья дело обстоит еще сложнее. Аномальные состояния ума могут отражать меньшинство, аморальные или незаконные желания, которые не являются болезненными желаниями. С другой стороны, психопат, например, не может ни считать свое состояние нежелательным, ни переживать его как недееспособное.

Проблема, однако, не только в том, что плохое здоровье бывает трудно определить. Кроме того, мы обычно думаем о здоровье как о положительном, так и о отрицательном аспектах. Но здесь опять все сложно.Например, положительного ощущения благополучия может быть недостаточно. Как говорит Дауни: «Было бы трудно привести доводы в пользу того, чтобы рассматривать острое шизофреническое состояние с приподнятым настроением и блаженным отсутствием понимания как состояние хорошего здоровья». Недостаточно и фитнеса: фитнес, к которому стремятся спортивные тренировки, действительно, иногда наносит вред физическому здоровью; а желание улучшить физическую форму как самоцель может превратиться в нездоровую навязчивую идею. Часто требуется лишь «минималистское» представление о фитнесе, связанное с возрастом и приспособленное к повседневной деятельности.

«Истинное» благополучие, продолжает Дауни, требует (а) «существенной ссылки на некую концепцию« хорошей жизни »для человека» и (б) «некоторую концепцию наличия определенного контроля над своей жизнью». , включая его социальные и политические аспекты ». Эти факторы, а также сложная отрицательная сторона должны быть приняты во внимание, когда мы спрашиваем, что означает «здоровье». Но даже если мы приняли во внимание все эти факторы, мы не можем сколько-нибудь точно определить, насколько здоров человек.И не только потому, что сумма сложная. Это также, заключает Дауни, соглашаясь с Хэром, потому что компоненты включают оценочные суждения.

Ценностные суждения и метафоры

Итак, одна из причин того, почему определения болезни и здоровья иногда так удручающе неуловимы, - это роль, которую играют оценочные суждения в определении того, что мы подразумеваем под болезнью и здоровьем, а также что мы подразумеваем под болезнью и недугом. Во многих случаях это неочевидно, потому что большинство людей, по крайней мере в нашем обществе, делают одинаковые или похожие оценочные суждения о том, что означают эти слова и каковы примеры того, что они означают.Существует как бы общее ядро ​​представлений о том, что такое болезнь или что такое здоровье. Но за пределами этого общего ядра суждения о том, является ли состояние болезнью, или что, или кто здоров, начинают расходиться, и наши представления о болезни и здоровье начинают расплываться.

Другой способ понять это, я думаю, связан с той важной ролью, которую метафора играет в развитии мысли и языка. Когда мы хотим поговорить о каком-то новом опыте или открытии, для которого наша существующая терминология не имеет адекватных ресурсов, метафора - слово или слова из какой-то другой области опыта, но используемые по-новому - может помочь нам сказать, что мы имеем в виду. .Некоторые мыслители, например Ницше, а до него Шелли и Колридж, утверждали, что весь язык развивается путем метафоризации и того, что метафоры становятся «буквальными». Они говорят, что наш язык изобилует «мертвыми метафорами»; и это включает наш научный язык. Моим любимым примером роли творческой метафоризации в науке является тот, который я однажды скопировал в записную книжку из статьи о мозге (я думаю) в Scientific American :

.

«У аксонов появляются новые окончания, когда их соседи замолкают, а конечные ветви дендритных ветвей постоянно реконструируются.”

Я нахожу эти метафоры, почерпнутые из лесоводства в нейрофизиологию, не только глубоко воодушевляющими, учитывая мой собственный стареющий мозг, но и вдохновляющими поэтически.

Здоровье как метафора

В случае болезни я уже указывал, как, похоже, действует метафоризация, в развитии этого более конкретного термина как конкретного случая чего-то, вызывающего недомогание и вызывающего недостаток места для локтей или свободы движений. Метафора здоровья может быть более сложной.Слово происходит от древнегерманского корня, означающего целостность. Но наиболее влиятельным примером в процессе метафоризации идеи целостности, возможно, был пример племенного животного на пике своих возможностей. Если это так, то это может быть частью причины, по которой, как предполагает антрополог Эдмунд Лич, «подсознательно представления широкой публики о хорошем здоровье смешаны с представлениями о сексуальной энергии»; и почему, несмотря на

«очевидное несоответствие реальности, модель идеального хорошего здоровья, которую обычные представители общественности воспринимают через визуальные образы прессы и телеэкранов, а также из словесных предложений их врачей, тесно связана с классической идеал юного греческого спортсмена.” 12

Еще один момент, который, возможно, стоит здесь отметить, заключается в том, что как только метафоры начинают работать, их может быть трудно остановить. Люди - очень подражательные животные. Например, во время последних всеобщих выборов я заметил привычку использовать слово «Посмотри…» в качестве резкого введения в ряд часто упрощенных аргументов, распространенных сначала среди радиоинтервьюеров, а затем среди политиков, включая, в конечном итоге, Тони Блэра. Я чувствовал, что это довольно раздражающая привычка. Но после симпозиума, в котором я принял участие вскоре после выборов, я понял, что не только один из других ораторов использовал «Смотри…» таким же образом, но и я тоже.Таким образом, наша склонность к подражанию или подражанию может быть одной из причин того, почему успешные метафоры имеют тенденцию так успешно распространяться.

Духовное здоровье

В случае «здоровья» мы можем видеть, что это происходит, поскольку метафора расширяется от физического здоровья, чтобы включить духовное здоровье (фраза англиканского молитвенника «нет здоровья в нас»), затем политическое здоровье (Гамлет Шекспира ссылается на к «безопасности и здоровью всего государства»), и, наконец, к обычному использованию сегодня, когда мы говорим о человеке, имеющем здоровое или нездоровое отношение и т. д.

Ничего из этого, пожалуй, не вызовет особых проблем, если мы поймем, что это метафоры, когда мы используем их для ориентации наших мыслей и действий. Более того, во многих случаях расширяющиеся метафоры обычно только модифицируют, а не радикально изменяют мысль или действие, уже ориентированное на другие мощные метафоры. Например, называть бухгалтера «врачом компании» не извинением за то, что он «лечит бухгалтерские книги», когда власти считают «бухгалтера» «ответственным». Но проблемы могут возникнуть, когда метафора расширяется в сфере, где она не оспаривается и не дополняется другими не менее мощными метафорами, которые также расширяются.В этом случае рассматриваемая метафора может расширять свое применение почти бесконечно.

Что-то подобное, я думаю, произошло в случае «здоровья» в результате снижения жизнеспособности религиозных метафор в западном или, по крайней мере, европейском публичном дискурсе. Метафорические идеалы, такие как «здоровое поведение» и «психическое здоровье», выдвигаемые врачами и другими людьми, которые воспринимаются как «объективные» и у которых нет идеологической оси, которую нужно измельчать, расширились, чтобы заполнить как бы вакуум.Отсутствие каких-либо метафор, более убедительных, чем терапевтические, может помочь объяснить, почему применение даже такого ярлыка, как «синдром Мюнхгаузена», кажется многим лучшей надеждой на понимание этого морально неоднозначного состояния. Подобные причины, возможно, также могут помочь объяснить, почему язык этики, снова воспринимаемый как «более объективный», чем язык религии, теперь играет все более важную роль в западном публичном дискурсе. Однако одна из трудностей такого восприятия этики состоит в том, что оно поощряет ожидание, что этика должна быть способна давать окончательные «ответы» - точно так же, как общественная риторика о здоровье поощряет ожидание того, что здоровье - это то, что должно быть возможным, а не только определить, но и достичь.

Нет здоровья как такового

«Медицинский работник», как однажды заметил сэр Уильям Дженнер, 13 «нуждается в трех вещах. Он должен быть честным, догматичным и добрым ». Философу же, напротив, нужно только первое из них. Одним из самых неизменно честных философов был Ницше. Позвольте мне процитировать то, что он однажды написал о здоровье, чтобы более убедительно повторить то, что я пытался сказать до сих пор:

«нет здоровья как такового, и все попытки определить что-либо таким образом потерпели неудачу.Даже определение того, что означает здоровье для вашего тела, зависит от вашей цели, вашего горизонта, вашей энергии, ваших стремлений, ваших ошибок и, прежде всего, от идеалов и фантазий вашей души. Таким образом, есть бесчисленное количество здоровых тел; и ... чем больше мы отбрасываем догму о «равенстве людей», тем больше нашим врачам следует отказываться от концепции нормального здоровья, наряду с нормальной диетой и нормальным течением болезни. Только тогда пришло время задуматься о здоровье и болезнях души и найти особую добродетель каждого человека в здоровье его души: в одном случае это здоровье могло бы, конечно, выглядеть как противоположность здоровье в другом человеке.” 14

Нормальный и нормативный

Ницше утверждает, что мы должны отказаться от концепции нормального здоровья. Позвольте мне использовать это и его обращение к душе в качестве отправной точки для того, что я обещал сказать о науке и религии. В этой связи медицинский философ и историк Жорж Кангильхем провел полезный контраст между двумя взглядами на то, что является нормальным. С одной стороны, существует взгляд на заболевание или сбой как на отклонение от фиксированной нормы, установленной медицинской теорией, к которой медицинская практика стремится вернуть пациента.С другой стороны, это взгляд на организм как на живое существо, которое не имеет заранее установленной гармонии с окружающей средой. Последнее, утверждает Кангильхем, является истинным взглядом на нормальность. «Будучи здоровым», он пишет:

«означает быть не только нормальным в данной ситуации, но и нормативным в этой и других возможных ситуациях. Что характеризует здоровье, так это возможность выйти за пределы нормы, которая определяет сиюминутную норму, возможность терпеть нарушения привычной нормы и устанавливать новые нормы в новых ситуациях.” 15

Возможно, более разговорный способ выразить то, что здесь говорит Кангуилхем, состоит в том, что здоровье - это не вопрос избавления от болезни, а вопрос преодоления и, возможно, преодоления ее. Здоровье, если снова процитировать Кангилхема:

«- это чувство уверенности в жизни, которому нет предела. Валере , от которого происходит значение, на латыни означает «хорошее здоровье». Здоровье - это способ борьбы с существованием, поскольку человек чувствует себя не только обладателем или носителем, но также, если необходимо, создателем ценностей, создателем жизненных норм.” 16

Таким образом, с этой точки зрения, быть здоровым - это не соответствовать какой-то фиксированной норме, но максимально использовать свою жизнь в любых обстоятельствах, в которых вы оказались, в том числе в тех, которые с точки зрения некоторых фиксированных норм могут показаться серьезно нарушенными или нездоровыми. «Быть ​​здоровым, - пишет Кангилхем, - означает иметь возможность заболеть и выздороветь».

Научное изображение

Кангилхем также, как и Лич, комментирует «соблазнение, которое все еще вызывает в нашем сознании образ спортсмена» как образ здоровья, соглашаясь с его несоответствием как идеалом практически для всего населения.Почему этот вид такой соблазнительный? Возможно, потому, что мы склонны считать, что современная научная или «объективная» картина мира, в которой мы сами фигурируем как природные явления, является «истинным» взглядом на «реальный» мир. В этой научной картине трудно не увидеть что-то вроде образа спортсмена как идеала здоровья, для которого все, что предшествует, является подготовкой, а все, что следует за процессом распада и разложения.

Но есть серьезная проблема с восприятием этой объективной научной картины как «истинного» взгляда на «реальный» мир.Физик Шредингер сформулировал это следующим образом. 17 Единственный способ, которым ученые могут «справиться с бесконечно сложной проблемой природы», - это упростить ее, удалив часть проблемы с изображения. Та часть, которую удаляют ученые, сама является сознательно знающими субъектами. Все остальное, включая тела ученых и других людей, остается в научной картине и доступно для научных исследований. Затем эта «объективная» картина воспринимается как должное как «реальный мир» вокруг нас »; и поскольку он включает в себя других людей, которые сознательно знают субъектов так же, как и ученый, ученому трудно сопротивляться заключению, что «истинная» картина «реального мира» должна быть «объективной» картиной, которая включает в себя сознательно познающий субъект как другой объект.Однако этот вывод не соответствует всем фактам. Поскольку, как говорит Шредингер, эта «умеренно удовлетворительная [научная] картина мира была достигнута только дорогой ценой, когда мы ускользали от этой картины и возвращались к роли равнодушного наблюдателя».

Точка зрения Шредингера может быть трудной для понимания или, по крайней мере, для удержания, потому что точка зрения о том, что «объективная» картина является «истинной» картиной «реального мира», кажется здравым смыслом. Это отражено, например, в том, что Дэвид Чалмерс в The Conscious Mind, 18 характеризует как «материализм без понятия» - взгляд, «широко распространенный, но редко печатаемый», в котором говорится «Я понятия не имею о сознании.Мне это кажется совершенно загадочным. Но он должен быть физическим, поскольку материализм должен быть истинным ». Проблема в том, что все мы, прежде чем начать критически относиться к таким вопросам, пришли к восприятию мира и других людей как вещей «снаружи», неодушевленных или одушевленных. Так не является ли это, в конечном счете, и нашей истинной картиной? Отрицать это кажется неразумным - столь же необоснованным, как когда-то, должно быть, чувствовалось отрицание того, что Солнце вращается вокруг Земли. Тем не менее, как когда-то наука разрушила эту иллюзию, так и сейчас сама наука разрушает современную иллюзию о том, что «истинная» картина «реального мира» является объективной, которую наука, сделав все свои открытия, в конечном итоге предоставит. .

взаимодействие

Это сообщение, конечно, было подчеркнуто осознанием современной физикой того, что, как говорит Шредингер, «объект находится под влиянием нашего наблюдения. Вы не можете получить какие-либо знания об объекте, оставив его строго изолированным ». Или, как заметил Гейзенберг:

«Наука больше не противостоит природе как объективный наблюдатель, но видит себя действующим лицом в этом взаимодействии между человеком и природой. Научный метод анализа, объяснения и классификации осознал свои ограничения, которые возникают из того факта, что своим вмешательством наука изменяет и переоснащает объект исследования.” 19

«Наука больше не противостоит природе как объективный наблюдатель, но видит себя как действующего лица в этом взаимодействии между человеком и природой». Проблема понимания здоровья с точки зрения фиксированных норм, таких как нормы биохимии или идеала спортсмена, заключается в том, что оно предполагает, что точка зрения объективного наблюдателя является истинной, и отговаривает тех, кто принимает ее, видеть себя действующими лицами или агентами. , а не пациенты, на которых действуют. Дэниел Деннет заметил, что «люди выгружают в мир как можно больше своего разума». 20 Если мы хотим получить более адекватное понимание значения слова «здоровье», как предлагает Кангильхем, нам, возможно, придется быть готовыми меньше выгружать свой разум и брать на себя ответственность за гораздо большее.

По крайней мере, так кажется нам сейчас самой наукой; и в этом отношении наука частично объясняет, почему определения здоровья являются и, вероятно, останутся неуловимыми. Если здоровье - это «способ борьбы с существованием», при котором «человек является не только обладателем или носителем, но также, если необходимо, создателем ценностей, создателем жизненных норм», то, как сказал Ницше, то, что составляет здоровье в одном человеке, вполне может быть. «Выглядеть в другом человеке как противоположность здоровью».

Религиозные идеи

Последняя часть объяснения, которое я хочу предложить, касается религии. Наивное, хотя и широко распространенное мнение, что религиозные представления о мире были опровергнуты наукой. То, что на самом деле произошло исторически, сложнее. Шредингер снова дает полезное объяснение:

«Одна из целей, если не, возможно, главная задача религиозных движений всегда заключалась в том, чтобы довести до конца всегда незавершенное понимание неудовлетворительной и сбивающей с толку ситуации, в которой человек находится в мире; to close сбивающая с толку «открытость» мировоззрения, полученная только на опыте, чтобы поднять его уверенность в жизни и укрепить его естественную доброжелательность и симпатию к своим собратьям - врожденные свойства, как я полагаю, но легко преодолеваемые личными неудачами и муки страдания.” 21

Религия, предполагает Шредингер, всегда пыталась «округлить» или «закрыть обескураживающую« открытость »» человеческого опыта. В прошлом он делал это, часто очень успешно, с точки зрения научных или донаучных идей, которые в то время казались всем правдоподобными. Когда эти идеи были заменены новыми научными объяснениями, которые, казалось, лучше соответствовали фактам, религия, будучи более консервативной, чем наука, не спешила отказываться от них; и это помогло создать у многих впечатление, что наука все объяснит - это лишь вопрос времени.Но эта идея науки, демонстрирующая «замкнутый мир, для которого Бог» (или религиозное или трансцендентное измерение) является «беспричинным украшением», указывает Шредингер, начинает казаться нереалистичной, когда мы понимаем, что он говорит об отсутствии сознательно знающий субъект из научной картины мира. Если бы наука могла исключить религиозное или трансцендентное измерение из реальности (а не только из научной картины реальности), это было бы за счет исключения человеческого измерения от первого лица.Но идея о том, что наука может это сделать, добавляет Шредингер, исходит не «от людей, знающих слишком много, а от людей, верящих, что они знают гораздо больше, чем они».

Понимания, подобные Шредингеру, не остались незамеченными для многих более проницательных современных религиозных мыслителей, которые не видят необходимого конфликта между религиозными и научными идеями. Шредингер отмечает, что одна из определяющих позиций науки заключается в том, что «в честном поиске знаний вам довольно часто приходится оставаться в неведении в течение неопределенного периода времени». 22 Но такое признание невежества также требуется иудео-христианским отказом от идолопоклонства - суеверными мысленными образами или предвзятыми представлениями, которые препятствуют непредвзятому вниманию к реальности во всем ее разнообразии - и этим религиозным отказом от идолопоклонства. часто утверждается, что именно это открыло путь для современных научных исследований. Научный fides quarens intellectum , кроме того, имеет сильное семейное сходство с религиозной верой, как описано двумя ключевыми современными религиозными мыслителями - Кьеркегором, когда он заметил, что «не только человек, который ничего не ожидает абсолютно ничего, не имеет веры, но и человек, который ожидает чего-то конкретного или основывает свои ожидания на чем-то конкретном » 23 ; и Кольридж, когда он писал, что вера «может быть определена как верность нашему собственному существу, поскольку такое существо не является и не может стать объектом чувств; и, следовательно ... быть вообще, поскольку одно и то же не является объектом чувств.” 24

Религиозные утверждения такого рода иллюстрируют не только совместимость науки и религии, но также и то, что идея здорового человека как «создателя ценностей, создателя жизненно важных норм» может быть одобрена религией. Знаменитое описание Колриджем воображения как «повторения в конечном разуме вечного акта творения в бесконечном Я ЕСМЬ», 25 , например, подразумевает, что религиозное знание того, что он называет «Богом», аналогично тому, что есть видит объективный наблюдатель, но не то, что встречается у Гейзенберга «актер во взаимодействии».То, что эта встреча происходит с реальностью, никоим образом не умаляется тем, что она происходит через творческое человеческое воображение.

Целостность, исцеление и смерть

Что касается религии, то два оставшихся слова, которые я упомянул в начале, - целостность и исцеление - тесно связаны. Религия понимает исцеление не только как естественный процесс регенерации тканей, иногда поддерживаемый медицинскими средствами, но также как любой процесс, приводящий к переживанию большей целостности человеческого духа.Исцеление в последнем смысле не обязательно должно быть религиозным по форме (природа, музыка или дружба, а также религиозные обряды могут быть средствами исцеления) и сопровождаться «исцелениями» или «чудесами». Эти или другие признаки надежды, когда они засвидетельствованы, могут рассматриваться как следы трансцендентной или всеобъемлющей целостности, на которой основана человеческая целостность. Но целостность всегда несовершенно реализуется во фрагментарности человеческого опыта; и хотя для религии всеобъемлющая целостность не сводится к психологической проекции, она чаще всего обнаруживается в модусе ожидания, как в разгар жизни, так и перед лицом смерти.

Религиозное ожидание

Очевидно, что религиозное ожидание - это не то, о чем наука может многое сказать, за исключением, возможно, того, чтобы препятствовать религии, когда она слишком быстро или риторически пытается закрыть «сбивающую с толку открытость» опыта, интерпретируя свой собственный опыт и ожидания в терминах «чего-то особенного - например, клинические испытания, чтобы доказать силу молитвы или обоснованность околосмертных переживаний. Но независимо от того, представляют ли религиозный опыт и ожидания нечто большее, чем психологическая реальность, остается частью сбивающей с толку открытости человеческого опыта, который может быть закрыт или завершен научным экспериментом не более убедительно, чем религиозной догмой.Такие вопросы допускают только ответы, данные не от сторонних научных или религиозных наблюдателей, а от сознательно знающих субъектов, действующих во взаимодействии, или между ними.

Эта сбивающая с толку открытость, возможно, и есть то, что, наконец, делает таким неуловимым значение здоровья, исцеления и целостности. Если признание открытости означает отказ от предвзятого суждения, например, о реалистичности ожидания перед лицом смерти, эти слова могут принимать нелогичные значения:

«Физически зависимый пациент, который смирился со своей прошлой жизнью и приближающейся смертью, например, может хорошо чувствовать и, таким образом (потому что никто другой не может судить лучше), быть ближе к« целостности », чем когда-либо прежде.” 26

Такого человека с этой точки зрения даже можно назвать «здоровым».

Принимаются ли такие нелогичные значения, конечно, зависит от того, придается ли точке зрения сознательно знающего субъекта, по крайней мере, такой же вес, как и точке зрения клинического наблюдателя. Кангуилхем резюмирует результаты многих физиологических, патологических и клинических наблюдений следующим образом.

«Жизнь пытается победить смерть во всех смыслах глагола выигрывать, прежде всего в смысле выигрыша в азартных играх.Жизнь играет против растущей энтропии ». 27

Но что, если энтропия становится слишком большой, и последний бросок жизни кажется потерянным? Должен ли субъект, в котором жизнь выросла осознанно, признать, что на этот раз шансы слишком велики против него? Или все попытки жизни победить смерть намекают ему на то, что предстоит более глубокая игра с более высокими ставками? Религиозные аргументы подрывают какой-либо окончательный ответ на этот вопрос. Но то же самое делают и аргументы, которые сводят переживания от первого лица к психологическим, социологическим или эволюционным объяснениям от третьего лица или сводят испытанную тайну сознательного субъекта к набору «в конечном итоге» решаемых научных проблем, касающихся свойства сознания.Обескураживающая открытость опыта поднимает вопросительный знак против общепринятого предположения, что ожидание перед лицом смерти «больше не доступно» для критического мышления. Разве не может быть более критичной позицией признание незнания, не отрицая при этом надежды? Трудно понять, почему это не должно оставаться, по крайней мере, открытым вопросом; и до тех пор, пока это так, значение здоровья, исцеления и целостности, вероятно, останется неуловимым.

Ссылки

  1. Браун L, изд. Новый укороченный английский словарь . Оксфорд: Clarendon Press, 1993.

  2. Маринкер М. Зачем делать людей пациентами? Журнал медицинской этики 1975: I: 81–4.

  3. Шоуолтер Э. ИСТОРИИ . Лондон: Пикадор, 1997.

    .
  4. Micale MS. Странные приметы времени. Приложение Times Literary 1997, 16 мая: 6–7.

  5. Анвин С., Блатчли Н., Кокер В., Ферри С., Хотопф М., Халл Л., и др. .Здоровье британских военнослужащих, участвовавших в войне в Персидском заливе. Lancet1999; 353: 169–78.

  6. Уолтон Дж., Барондесс Дж. А., Лок Л., ред. Медицинский компаньон из Оксфорда . Оксфорд: Издательство Оксфордского университета, 1994: 611.

  7. Янгсон РМ. Медицинский словарь Коллинза . Глазго: HarperCollins, 1992: 406.

  8. Заяц РМ.Здоровье. Журнал медицинской этики 1986; 12: 172–81.

  9. Тиллих П. Значение здоровья . Ричмонд, Калифорния: North Atlantic Books 1981: 43. См. Также: Кант I. Антропология с прагматической точки зрения . [Перевод М. Дж. Грегора.] Гаага: Мартинус Нийхофф, 1974: 82–83.

  10. Дауни Р.С., Файф С., Таннахилл А. Укрепление здоровья: модели и ценности . Оксфорд: Издательство Оксфордского университета, 1992.

  11. Лич Э. Ожидания общества в отношении здоровья. Журнал медицинской этики 1975 г .; 1: 85–9.

  12. Тревес Ф. Человек-слон и другие воспоминания . Лондон: Касселл 1923: 201.

  13. Ницше Ф. Веселая наука . [Перевод В. Кауфманна.] Нью-Йорк: Vintage Books, 1974: книга III, раздел 120.

  14. Кангуилхем Г. Нормальное и патологическое . Нью-Йорк: Zone Books, 1991: 196f.

  15. Шредингер Э. Что такое жизнь ? Кембридж: Издательство Кембриджского университета 1967: 118f.

  16. Чалмерс DJ. Сознательный разум . Оксфорд: Издательство Оксфордского университета, 1996: 162.

  17. Гейзенберг В. Физическое представление о природе .Лондон: Хатчинсон, 1958: 29.

  18. Деннетт округ Колумбия. Главный актив нашего разума. Литературное приложение Times 1997, 16 мая: 5.

  19. Шредингер Э. Природа и греки . Кембридж: Издательство Кембриджского университета 1996: 6.

  20. Кьеркегор С. Восемнадцать созидательных дискурсов . [Перевод Х. В. Хонг и Э. Х. Хонг.] Princeton: Princeton University Press 1990: 27.

  21. Coleridge ST. Очерк веры. В: Помощь в размышлении . Лондон: G Bell & Sons, 1913: 341.

  22. Coleridge ST. Биография литературы . Лондон: Bell & Daldy, 1870: 144.

    .
  23. Boyd KM. Этика здравоохранения, здоровье и болезни. В: Gillon R, ed. Принципы этики здравоохранения. Чичестер: John Wiley & Sons 1994: 812.

Определение и значение болезни | Словарь английского языка Коллинза

Примеры 'болезнь' в предложении

болезнь

Эти примеры были выбраны автоматически и могут содержать конфиденциальный контент. Читать далее… Открытие дает надежду на то, что анализ крови позволит выявить болезни сердца и мозга до появления симптомов.

Солнце (2016)

Помогает бороться с сердечными заболеваниями и продлевает жизнь до шести лет.

The Sun (2016)

Высокий уровень холестерина может привести к сердечным заболеваниям.

The Sun (2017)

Цифры, опубликованные на этой неделе, показали, что оно победило сердечные заболевания.

Times, Sunday Times (2016)

Суженная артерия может свидетельствовать о возможной ишемической болезни сердца.

The Sun (2017)

Это не признак болезни - у некоторых людей просто очень низкая переносимость.

The Sun (2016)

Пациенты с заболеваниями легких или сердца должны быть в состоянии пройти один из этих простых тестов.

Солнце (2012)

Каким образом глобализация способствует распространению болезней и болезней?

Аппельбаум, Ричард П. Социология (1995)

В настоящее время ведется срочный надзор для проверки распространения болезни на другие районы.

Times, Sunday Times (2009)

Они также помогают организму бороться с инфекциями и болезнями, борясь с воздействием вредных бактерий.

Times, Sunday Times (2008)

Подробнее ...

Сердечные приступы, вызванные ишемической болезнью сердца, являются наиболее частой причиной смерти во многих тяжелых видах спорта.

Шрив, доктор Кэролайн М. Понизьте артериальное давление в 4 простых этапа (1989)

Им не нужно убивать пациента, чтобы вылечить конкретное заболевание или снять определенное ограничение.

Кантроу, Алан М. Ограничения корпоративной традиции (1987)

Страдающие заболеванием двигательных нейронов обычно живут всего от двух до пяти лет после постановки диагноза.

Times, Sunday Times (2012)

Эти болезни обычно быстро распространяются среди населения.

Маккензи, Джеймс Ф. и Пингер, Роберт Р. Введение в общественное здравоохранение (1995)

Согласно этой доктрине, каждая болезнь имеет одну конкретную причину.

Рэндольф, Терон Г. и Мосс, Ральф В. (соавтор) Альтернативный подход к аллергии (1990)

Вы можете привести примеры таких заболеваний?

Маккензи, Джеймс Ф. и Пингер, Роберт Р. Введение в общественное здравоохранение (1995)

Почему часто трудно доказать, что болезнь или состояние возникло в результате воздействия на рабочем месте?

Маккензи, Джеймс Ф. и Пингер, Роберт Р. Введение в общественное здравоохранение (1995)

Предыдущие исследования связывали низкий рост с повышенным риском сердечно-сосудистых заболеваний.

Times, Sunday Times (2014)

Исследование гибридных эмбрионов может дать надежду многим, кто может быть избавлен от серьезных болезней.

The Sun (2008)

Рак можно назвать болезнью хороших людей.

Сигел, Берни С. (доктор медицины) Любовь, медицина и чудеса (1990)

В нем также изложены планы по нанесению большого количества жертв путем распространения болезни в людных местах.

Times, Sunday Times (2014)

Он не ослаблен и сможет бороться с инфекциями и болезнями.

The Sun (2015)

Есть ли у этого пациента ишемическая болезнь сердца?

Пантано, Джеймс А. (доктор медицины), живущий со стенокардией (1991)

Она помогала ухаживать за одним из своих старейших друзей, когда он умер от болезни двигательных нейронов.

Клаудиа Хаммонд ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ РОЛИК: Путешествие через науку чувств (2005)

Болезнь обычно более серьезна у взрослых.

Times, Sunday Times (2007)

Исследователи не могли сделать вывод о том, вызывает ли одна болезнь другую.

The Sun (2015)

В конце концов, основными причинами смерти для этой группы являются болезни сердца и рак.

Маккензи, Джеймс Ф. и Пингер, Роберт Р. Введение в общественное здоровье (1995)

Это более раннее представление о том, что дефицит витамина может вызвать конкретное заболевание, искажает наше нынешнее понимание того, как работают витамины.

Холфорд, Патрик Рабочая тетрадь по питанию семьи (1988)

Врачи долгое время считали рак группой заболеваний, а не отдельным заболеванием, таким как корь или грипп.

Times, Sunday Times (2008)

Как определяются заболевания и почему это важно

Определения болезней во многом основываются на патофизиологии, а также на социальных и культурных нормах.То, как врачи используют свои полномочия для обозначения состояний пациентов, влияет на то, как симптомы понимаются и устраняются, компенсируются ли и в какой степени лечение, даже модели выражения сочувствия по отношению к пострадавшим.

Двойственности, такие как болезнь и здоровье; болезнь и благополучие; нормальный и девиантный; а также естественный и неестественный предполагают, что использование медициной способности давать имена часто несовершенно и, следовательно, всегда этически значимо.

В декабрьском выпуске AMA Journal of Ethics® (@JournalofEthics) представлены многочисленные взгляды на этические последствия полномочий врачей называть и дает вам возможность заработать кредит CME.

Статьи включают:

Каковы этические разветвления права врача называть имена? Признание состояния патологическим может повлиять на то, как устраняются симптомы и как оплачивается лечение. Называние чего-либо болезнью может даже изменить наше выражение сочувствия к отдельным пациентам.

В то время как способность врача давать имена кажется на первый взгляд выходящим за рамки повседневной практики, на самом деле это центральная часть того, что врач делает каждый день - от диагностики состояний до борьбы со страховыми компаниями за страховое покрытие и до уравновешивания рисков и преимуществ лечение.

Насколько сильно клиницисты должны поощрять лечение, когда сохраняются разногласия по поводу риска ожирения? Детское ожирение - серьезная проблема общественного здравоохранения, и снижение веса у детей с ожирением связано с улучшением показателей здоровья. Случай подростка с диагнозом ожирение, мать которого не согласна с диагнозом, иллюстрирует несколько клинических проблем.

Сюда входит диагностика заболевания у бессимптомного пациента, чей будущий риск негативных последствий для здоровья является неопределенным, рассмотрение этических последствий обозначения стигматизирующего заболевания и разрешение противоречивых целей и мнений пациента, лица, осуществляющего уход, и врача.Это обсуждение сосредоточено на преодолении разногласий и реализации плана действий.

Проверенные экспертами диагностические коды для торговли людьми могут помочь оценить заболеваемость, факторы риска и сопутствующие заболевания и травмы. Международная классификация болезней , 10-е издание, клиническая модификация ( ICD-10-CM ) - это система, используемая клиницистами и медицинскими кодировщиками для документирования заболеваний, симптомов, социальных обстоятельств и внешних причин болезней и травм.Однако действующие кодексы злоупотреблений не отражают глубоко эксплуататорский характер торговли людьми и не позволяют провести адекватное различие между пациентами, страдающими торговлей людьми, от других типов пациентов, подвергшихся насилию.

Новые коды, обсуждаемые в этой статье, - первые коды, предназначенные для торговли людьми, - были утверждены для обновления ICD-10-CM 2019 г. Ожидается, что они помогут улучшить сбор данных о частоте и факторах риска торговли людьми, бремени сопутствующих заболеваний и травм, а также о ресурсах, необходимых для эффективного ухода за жертвами торговли людьми.

Бесплодие, неравенство и то, как отсутствие страхового покрытия ставит под угрозу репродуктивную автономию. Неравенство в доступе к лечению бесплодия и отсутствие страхового покрытия для лечения бесплодия - две явные несправедливости в здравоохранении США. Всемирная организация здравоохранения определяет бесплодие как заболевание, а для бесплодия используется несколько кодов выставления счетов, но непомерно дорогое лечение и отсутствие требований всеобщего страхования в совокупности вызывают неравенство в сфере здравоохранения, особенно по расовому и социально-экономическому признакам.

Слушай и учись

Слушай и учись

В декабрьском подкасте журнала гости:

  • Биоэтик и эксперт по правовым вопросам Кэти Уотсон, доцент кафедры медицинских социальных наук, медицинского образования, акушерства и гинекологии Медицинской школы Файнберга Северо-Западного университета.
  • акушер-гинеколог Мэрил Сакейм, доктор медицинских наук, научный сотрудник Чикагского университета.

В эпизоде ​​они обсуждают, как язык, который врачи используют для описания аборта, может повлиять на переживания пациентов и даже причинить им вред.Слушайте предыдущие выпуски подкаста «Ethics Talk» или подпишитесь в iTunes или других сервисах.

Разместить рукописи и работы

Разместить рукописи и работы

Редакционная статья журнала сосредоточена на комментариях и статьях, которые предлагают практические советы и идеи для студентов-медиков и врачей. Отправьте рукопись в публикацию. Журнал также предлагает оригинальные фотографии, графику, карикатуры, рисунки и картины, исследующие этические аспекты здоровья или медицинской помощи.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *